Книга Последователи, страница 59 – Иса Белль

— Если она приберегла что-то, о чём мы и не догадываемся. Если она решит напомнить о себе, когда я буду… – Аврора прижала игрушку к своему плоскому животу и заплакала.

Если, если, если…

Если так, то я убью её. Конец истории.

Но чтобы не напугать свою жену, решил не произносить это вслух.

— Она всегда хотела уйти, – стараясь успокоить её, напомнил я. – Твоей матери незачем возвращаться. Елена знает, что с ней случится, если она переступит границы Ндрангеты. Она не станет так рисковать.

Аврора кивала, пока слезы текли по её бледному лицу.

— Просто мне страшно. Я стараюсь не думать о ней, но… Это кажется невозможным. Нужно было убить её.

Последние слова, сказанные ей, удивили меня.

— Если это то, чего ты хочешь, Аврора.

Любое её желание непременно исполняется мной.

— Я хочу не думать о ней, когда делаю тест на беременность. Не хочу видеть её лицо, получая отрицательный результат. Но ещё больше я не хочу бояться её, думая о нашем ребёнке, Доминик.

Отлично, я собираюсь убить мать своей жены.

Елене Короззо лучше забыть о нашем существовании, поскольку после услышанного я больше не нуждался в разрешении на это.

Аврора отложила игрушку в сторону и начала практику медленного дыхания, пытаясь успокоиться. Я не мешал ей. Просто ждал, когда её плечи окончательно перестанут дрожать, ласково поглаживая её коленные чашечки.

Она знала, что делать, и без моих инструкций. Задолго до того, как специалист «научил» её. Авроре приходилось приводить себя в порядок больше раз, чем я получал по лицу во время тренировок.

Эта девушка…

Кая была права, однажды сказав мне, что она сильнее любого мужчины. Нас обучали жестокому обращению, а она выросла в нём. То, каким человеком она вышла из дома, где к ней относились хуже, чем к скоту, была лишь её заслуга. Её сопротивление и борьба восхищали меня и всех, кто знал её историю.

— Не хочешь поцеловать меня? – неожиданно спросила Аврора.

Она действительно спрашивала меня об этом?

Ухватившись за затылок жены, наклонил её тело ближе к себе. И уже в следующее мгновение мои губы прижались к её. На вкус наш поцелуй был солёным, но это не делало его менее прекрасным.

Всё в ней было таким. Господи, я обожал её.

Аврора застонала прямо мне в рот и, когда я уже хотел подняться с колен, чтобы присоединиться к ней в постели, оторвалась от меня, виновато опустив голову и вернувшись в своё прежнее положение.

— Извини, что разбудила тебя. Не думала, что меня слышно.

Её и не было слышно. Это навеяло на меня отвратительную мысль, что уже были случаи, когда ей удавалось скрыть от меня паническую атаку.

Начиная с сегодня, я отказываюсь засыпать раньше неё.

— В следующий раз…

— Ох, лучше замолчи, – выдохнул я, прервав Аврору.

Она икнула, вызвав улыбку у нас обоих.

Лямка её шелковой белой ночнушки упала с плеча, и я поправил её, касаясь молочной кожи, покрытой мурашками. Мне не хотелось убирать руку, поэтому я этого и не сделал.

— Аврора, – строго произнёс я, взяв её за подбородок и вернув голову в прежнее положение. – Завтра же здание на главной улице города будет гореть, если ты сейчас же не переубедишь меня в том, что допускаешь мысль, будто работа когда-либо имела для меня большее значение, чем ты.

— Не нужно!

— Переубеди меня.

— Пожалуйста… – Она умоляюще-кокетливо посмотрела на меня из-под своих светлых мокрых ресниц, прекрасно понимая, что это сделает со мной. Я паду перед ней.