Книга Мой ирландец, страница 3 – Синтия Либэ

На обеденном столе расположился картофель и несколько кусков сыра. По словам фермера мясо они употребляли раз в десять дней, а то и реже. Я была рада и такому яству, особенно сопровожденному увлекательными историями. Я решилась спросить про красавицу с берега реки. Дом находится недалеко от того места, и скорее всего фермерская семья знает эту молодую особу. Брат фермера поменялся в лице, услышав про прачку. Жена фермера начала задыхаться и стонать от испуга. В доме поселился страх, и каждый член семьи поник, осознав, что приближается беда. Мне никто не стал в подробностях описывать причины столь стремительно ушедшего веселого духа, царившего за столом. Я лишь поняла, что эту девушку побаиваются в деревне, и мне следует держаться от нее подальше.

Достаточно быстро стемнело, и настало время идти помогать фермеру с кормежкой овец. Я вышла из дому, однако не заметила никогда снаружи. Да и внутри дома стояла полная тишина. Все будто бы попрятались и не хотели высовываться. Сна ни в одном моем глазу не было, поэтому я решила немного прогуляться перед сном. Ветер освежал, а шёпот листьев успокаивал. Природа готовилась ко сну, но явно была не против гостьи. Я прилегла на траве и устремила взгляд в небо. Невероятно насколько остро ощущалось единение с окружающей средой в этом месте. Небольшие жучки щекотали меня, но делали это так деликатно, что никакого отвращения не вызывали. Я растворилась в чистом воздухе, который вливался в меня и дарил легкость. Такие доступные каждому вещи в потоке стремительно несущихся дней превращаются в недоступные и недосягаемые. Разве это так сложно хоть изредка насладиться утешающей ночью, манящей своими затемненными красками. Почему же не находится минутка для общения со звездным небом, зажигающим для нас звезды. Жажда жизни просыпается в такие моменты. Не той жизни, где нет ни капли свободы, а той жизни, которая дарует истинное предназначение каждому существу, родившемуся с пульсирующим сердцем.

Мне послышался чей-то плач позади меня. Я привстала, но никого не увидела. Скорее всего это ветер балуется, шевеля стволы тоненьких, беззащитных деревьев. Спустя несколько минут плач повторился, но звучал более отчетливо. Я распознала женский голос. Если девушка потерялась или также очутилась здесь не по своему желанию, то я должна ей помочь. С этими мыслями я побрела на звук. Плач становился все громче и перерастал в настоящие рыдания. Мне стало так жаль незнакомку, что я поспешила отыскать ее. Неожиданно раздался пронзительный вопль, и я не на шутку испугалась. Идти на столь ужасающие звуки являлось преступлением по отношению к самой себе, поэтому я ринулась обратно в дом. Мне показалось, что дорога заняла у меня уйму времени, хотя бежала я быстро и уверенно. Совесть не давала покоя, потоком посылая в сознание картины того, что случилось с той несчастной девушкой. Вдруг дикий зверь напал на нее. А может она напоролась в кромешной темноте на острый камень. Эти предположения сковывали меня поистине сокрушающим страхом. Звать на помощь кого-то из фермерской семьи казалось неразумным, ведь никто не побежит спать незнакомого человека ночью. Их так напугала обычная прачка, что вопли в лесу могли бы послужить остановке сердца. Пол ночи я не сомкнула глаз, но радовало то, что звуков никаких больше слышно не было.