Книга Замужем за немцем, страница 66 – Света Беккум

Стоявшие на повозках «принцы и принцессы» приветственно размахивали народу руками, и опять летели с неба сладости и были переполнены пивнушки.

Дома восторженный Ваня рассортировывал на кухонном столе свой сладкий улов, а мы смотрели до самого вечера по телевизору многочасовые шествия из Дюссельдорфа и Кёльна – самых главных карнавальных столиц Германии.

Но и это было ещё не всё!

В «Фиалковый вторник» (Veilchendienstag) проходила передача ключа обратно бургомистру. А завершался «пятый сезон», как называли его немцы, «Пепельной средой» (Aschermittwoch), когда притихшие и частично болеющие с похмелья граждане дружно шли на службу в церковь, где священник рисовал им на лбу пеплом крестик, что означало начало Великого поста и конец гулянью.

Мы с Лёвушкой всю неделю карнавалили «на сухую» и только в последний день веселья, «Фиалковый вторник», тоже решили расслабиться.

В тот самый «Фиалковый вторник» мы решились посетить любимое заведение Лео – трактир «Три короны», где можно было угоститься блюдами национальной кухни и свежайшим самоваренным пивом.

Созвонившись накануне со Златой, мы заказали столик на четверых. Злата обещала прийти не одна. И не говорила, с кем, сохраняя тем самым интригу вечера.

«Три короны» были небольшим уютным заведением. Направо, за закрытыми стеклянными дверями банкетного зала, распевала песни большая карнавальная компания («За пивом, за пивом, ха-ха! Тра-ляй-ля-ля! Когда муж пошёл за пивом»), а посредине за барной стойкой тусовались бюргеры в растрёпанных ветром разноцветных париках.

Официантка посадила нас за небольшой квадратный столик прямо у окна в левой половине заведения, где было потише. Рядом уже расположились завсегдатаи – старички пенсионеры, развлекавшие себя по вечерам игрой в картишки.

— Света! Лео! – в дверях показалась элегантная девушка, на ходу поправляющая свои тщательно уложенные локоны. Злата выглядела сегодня шикарно и не по-карнавальному. Тряхнув кудрями, она небрежно сбросила модное пальто на руки сопровождавшего её молодого человека.

Её спутник оказался высоким, худым, с чёрной бородкой типом. В чёрной одежде, с огромными серебряными перстнями на пальцах, один из которых был спаян, согласно современной моде, в форме черепа.

— Познакомьтесь – Валентин, – представила нам Злата своего загадочного друга.

— Он что, русса?! – догадался Леопольд по имени.

— Я-я, русса! Прямиком из Иваново, – засмеялась Злата.

Парень поправил очки на бледном носу и смущённо произнёс:

— Г-гутен абенд.

По-немецки он говорил медленно и правильно, обдумывая заранее своё предложение. Неуклюже отодвигая стул для Златы, он одновременно разматывал свой бесконечный, вязанный крючком шерстяной шарф.

Оказалось, что Валентин – компьютерщик и уже не первый раз приезжает в Германию по делам российской фирмы, на которой работает программистом. Я уже было хотела сократить «Валентин» до привычного мне «Валя», но Злата меня остановила.

— Не сбивай с толку своего Лёвушку. Ты со временем поймёшь, как важно для немцев знать «правильное» имя, чтобы не обидеть собеседника.

А ведь и правда! За этот короткий период своей германской жизни я уже не раз замечала эту разницу в употреблении имён.