Книга Бесишь меня, Ройс Таслим, страница 158 – Лорен Хо

— Мне очень жаль, что ты считала, что должна быть такой, чтобы бы тебя все любили. Это абсолютно нелепо, потому что я буду любить тебя, какой бы ты ни стала.

— Даже если я стану предводителем культа? – шепчу я, не в силах сдержаться.

— Солнышко, пожалуйста. Я тут пытаюсь сказать тебе кое-что …

— Прости.

— Послушай, я хочу только одного – чтобы ты была счастлива, и мне жаль, что я никогда раньше не говорила тебе этого четко и ясно. – Она крепче обнимает меня. – Ты – не ошибка. Ты была моим осознанным выбором. Это был именно мой выбор, и я уже тогда знала, что решение родить тебя – самое лучшее из всех моих решений. Ты есть, и этого более чем достаточно. Ты – мое совершенство, Агнес. Понимаешь?

— Ну ладно, – бормочу я, уткнувшись ей в плечо и пытаясь не разрыдаться, но безуспешно. – Раз уж ты так ставишь вопрос.

Мама разражается взрывным смехом, и мы отстраняемся друг от друга, смущенно улыбаясь и вытирая салфетками самые разные влажные части лица. Она хлопает меня по носу.

— И мне не нужно, чтобы ты заботилась обо мне. Мне нужно только, чтобы ты была счастлива и любила меня. Болтала со мной, как раньше, понимаешь? Давай, расскажи, что происходит в твоей большой, замечательной головушке, которая на самом деле так здорово сочиняет шутки. Ну что? – Мама потрясенно качает головой. – Я хочу, чтобы ты присылала мне ролики со всеми своими стендап-сетами, хорошо? Даже с теми, которые ты ловко провалишь. И делилась со мной всеми замечательными вещами, о которых ты будешь мечтать и которые напишешь в Род-Айленде или в любом другом колледже, куда захочешь поступить, пока я застряну с орущим и без конца какающим ребенком – малышкой Йиной, хорошо? Обещаешь?

— Обещаю, – фыркаю я.

Она целует меня в макушку.

— Деточка моя. Моя первая малышка.

Дверь пищит.

— Ох ты, боже мой, на минутку нельзя выйти, как вы, девчонки, тут же начинаете рыдать! – восклицает Рози, подбегая к нам и обнимая.

А Стэнли в это время сражается с пакетом продуктов.

— Сюрприз! – устало произносит он.

— Зи желает тебе переломать все ноги, – вмешивается Рози, демонстрируя телефон. – Не думаю, что она сказала это метафорически, поскольку в другом сообщении она уточняет: «Не твои, Агнес. Ты и так достаточно сломала».

И Зи не ошибается. Я многое сломала и собираюсь перестать сдерживать себя.

— Передай ей, – я смеюсь и вытираю глаза, – что обязательно сломаю ногу. Метафорически.

На следующий день я выхожу на сцену первой, сразу после того, как ведущий объявляет состав и порядок выступления исполнителей. Честно говоря, это самое сложное, но я улыбаюсь, волноваться уже бессмысленно. Что еще плохого может со мной случиться? Разве что я сломаю вторую ногу? Ха-ха! И свой сет я исполняю с удовольствием. Со страстью. Выкладываюсь на все сто, даже если и не рассчитываю на победу.

Я даже добавила еще один эпизод, наугад, рассказав о том, что заставляет людей выбирать конкретную медицинскую специализацию, в частности проктологию, и как даже родители-азиаты, когда их спрашивают, не проктолог ли их ребенок, отвечают: «Нет-нет, он просто обычный терапевт». И еще один: «О боже, неужели это Чоу Юнь Фат^[56] входит в двери этого нашего “димсам паласа”^[57]?»Очень, очень рискованная шутка, но меня это не волнует. Мне она нравится, и я хочу поделиться ею с единственным человеком в зале, который ее поймет.