Книга Забытый: ЛУКА, страница 130 – Слоан Кеннеди

К черту машину и телохранителей.

Я поцеловал Реми и позволил своим рукам скользить по всему его телу, но когда он попытался прикоснуться ко мне, я взял его руки и вместо этого опустил их к молнии на его брюках.

— Займись собой для меня, — тихо приказал я, покрывая его рот нежными поцелуями. Его дыхание все еще было неровным, но, казалось, он был в лучшем состоянии, чтобы воспринять мою просьбу.

Мне понравилось, что он без колебаний расстегнул пуговицу и молнию. Пальцы Реми дрожали, когда он полез в штаны и осторожно вытащил свой очень твердый, очень влажный член. У меня потекли слюнки при виде капелек, что сочились из его головки. Если бы машина была побольше, я бы точно встал на колени, чтобы попробовать его на вкус. Но я сомневался, что Реми был в состоянии продержаться так долго. Его тело стало сильно дрожать, и он снова начал покачивать бедрами. Кожа на его члене выглядела раздраженной, и он, казалось, был на грани слез, когда стал поглаживать себя. Одна из его рук легла мне на плечо, когда он запрокинул голову.

— Лука, — отчаянно выдохнул он.

Я опустил руку и осторожно отодвинул его руку от плоти. Он был горячим и твердым. Он выкрикнул мое имя в ту секунду, когда мои пальцы сомкнулись вокруг его члена. Он не был особенно толстым, но его член был длинным, а кожа нежной. Я проверил уровень его чувствительности несколькими поглаживаниями, чтобы понять, чего будет достаточно, а чего слишком много. Звуки, которые издавал Реми, когда я доставлял ему удовольствие, заставляли мой собственный член набухать в штанах. Но я не решался кончить, потому что хотел, чтобы это было для Реми.

Только для Реми.

Я протянул свободную руку и обхватил Реми за шею. Я наклонил его голову так, что наши лица оказались на одном уровне, а затем стал поглаживать его чуть сильнее. Реми ахнул и начал толкаться членом в мой кулак.

— Вот так, детка, — сказал я. — Трахни меня своим великолепным членом.

Когда Реми открыл глаза и уставился на меня, они сияли. В этот момент я точно знал, о чем он думает. Ему было интересно, каково это — погрузиться глубоко в меня. Мне тоже было интересно. Это было не то, что я когда-либо делал с другим мужчиной, но мысль о том, что мы с Реми вот так соединимся, звучала как воплощение рая.

Я позволил Реми несколько раз трахнуть мою руку, а затем взял инициативу на себя. Я изменил способ хвата и стал большим пальцем ласкать чувствительные места на его стволе и головке. Его естественной смазки хватало, и через несколько минут мой кулак легко скользил по его длине. Реми захныкал, пытаясь проникнуть в мой кулак. Он прижался своим лбом к моему и шептал мое имя снова и снова. Я знал, это означает, что его оргазм не за горами. Я притянул его губы к своим и поцеловал, усиливая нажим. Его руки легли мне на плечи, затем на шею. Он поцеловал меня в ответ и прижался ко мне всем телом, так что моя рука оказалась зажатой между нами. Его бедро прижало мой член, и я почувствовал, как по спине пробежали мурашки удовольствия.

После этого я потерял дар речи. Я сомневался, что Реми вообще осознавал это, но он доставлял мне удовольствие многими способами, помимо очевидного — трения моего члена, в котором он нуждался. У меня никогда не было такого отзывчивого любовника, как он, такого открытого. По мере того, как Реми все больше и больше отчаивался в своем освобождении, я увеличивал темп и давление. Его пальцы впивались в кожу моих плеч. Я был взволнован перспективой того, что утром у меня там могут остаться синяки. Реми отчаянно закричал, показывая, насколько он близок. Я притянул его губы к своим и крепко поцеловал. Он целовал меня в ответ так долго, как только мог, но когда оргазм настиг его, он закричал мне в рот. Я упивался звуками его наслаждения, когда его сперма вырвалась из члена и ударила мне в живот. Липкая, горячая жидкость просочилась сквозь мою рубашку и увлажнила кожу, а затем заскользила по руке, пока я продолжал гладить Реми.