Книга Забытый: ЛУКА, страница 137 – Слоан Кеннеди

Это было суровым напоминанием о том, что будущее Вайолет с нами подходит к концу, но нельзя было отрицать, что маленькая девочка уже привязана к Мэрилин, когда женщина подняла ее с кровати. Если Мэрилин и обеспокоилась, увидев нас в постели, она ничего не сказала и даже не смотрела на нас как-то странно. Она просто улыбнулась и пригласила нас с Лукой присоединиться к остальной семье за обильным завтраком, который они с Коном приготовили. Вайолет хлопнула в ладоши и назвала наши имена, и ни с чем нельзя было спутать то, как она произнесла «Завтрак».

Нас с Лукой достали, но нам было все равно.

Завтрак прошел шумно, хаотично и идеально. Там были все братья Луки, за исключением Лекса, и, конечно, Алекс. Он нежно обнял меня и бросил взгляд, который говорил, что позже у него будет ко мне еще куча вопросов. Удивительно, но я был в восторге от перспективы поговорить с Алексом о Луке и нашем свидании, за вычетом более интимных подробностей. Для меня это было самым странным — иметь друга, с которым можно поговорить о мужчине, с которым я встречаюсь.

Голос, напоминавший мне, что на самом деле я не встречаюсь с Лукой, потому что все это временно, звучал не так настойчиво, как обычно. Я не был уверен, из-за меня это или из-за Луки. Этот человек почти все утро был рядом со мной, и теперь, когда мы шли по больничным коридорам, он снова держал меня за руку. Со временными парнями так не поступали.

Верно?

Это был еще один из тех вопросов, которые я должен был задать Алексу. Я чуть не рассмеялся, потому что Алекс был таким невинным и милым, и все же он, каким-то образом, был более опытным из нас двоих, когда дело касалось отношений.

Каким бы прекрасным ни было наше утро, я не мог не заметить, что Лука немного растерял свой пыл, когда мы приблизились к больнице. На самом деле я не мог его винить, учитывая тот факт, что я собирался зайти в палату его сына, в то время как ему придется идти в комнату ожидания одному. Я хотел бы что-нибудь сделать, чтобы убедить Джио дать Луке шанс, но я знал, что если буду давить на молодого человека слишком сильно, он снова сломается. В любом случае, мы с ним почти не продвинулись вперед. Несколько слов, сказанных им во время последнего визита, не имели большого значения. Хотелось надеяться, что сегодня он все еще будет в разговорчивом настроении, но я не мог знать наверняка.

Когда мы подошли ближе к палате Джио, Лука слегка сжал мою руку, а затем отпустил ее. По плану он должен был свернуть направо, где находилась комната ожидания, но как раз перед тем, как он это сделал, раздался громкий треск.

Из палаты Джио.

Лука

Сцена, представшая передо мной, напоминала тот первый раз, когда я слишком сильно разозлил Джио. Только на этот раз объектом его ярости был не только я.

Когда мы с Реми ворвались в палату, в ней царил полный разгром. Джио лежал на полу в дальнем углу комнаты, рядом с ним было перевернутое инвалидное кресло. Я увидел, что он сжимает в руке что-то похожее на осколок стекла. По его пальцам стекала кровь. Другая его рука была сжата в кулак. Его окружали два санитара и испуганная медсестра.

При виде этого у меня упало сердце, и я сразу же посмотрел на запястья моего сына. К счастью, из вен и артерий не текла кровь. Я не был свидетелем ни одной из его попыток самоубийства, но чувствовал, что сейчас он находится на грани. Я не узнавал в молодом человеке передо мной, своего ребенка. Его обычно бледная кожа покраснела от пота, а на белой рубашке были капли крови. Его лицо превратилось в маску ярости, и он размахивал осколком стекла перед собой. Я был настолько ошеломлен тем, что увидел, что не заметил охранника, который промчался мимо меня. Но когда я увидел, как он вытащил то, что, я знал, было электрошокером, я отреагировал чисто инстинктивно.