Книга Не с тобой. Дилогия, страница 118 – Gesiona

Алиса удобно устроилась на покатом камне, свесив одну ногу в воду и лениво побалтывая ею. Кошка, блаженно греющаяся на солнышке. Соблазн был просто непреодолимым. Бесшумно подплыв, Джей высунулся по пояс и легонько потянул ее за ногу.

Застигнутая врасплох Алиса с воплем съехала с камня и скрылась с головой под водой.

— Волосы! — негодующе воскликнула она, выныривая и отплевываясь. — Волосы зря сушила!

Она была так близко, что у Джея вдруг перехватило дыхание. Достаточно протянуть руку, и он сможет коснуться ее практически обнаженного трепещущего тела. Просто протянуть руку. А потом прижать к себе, найти губами ее губы, стянуть с нее эти узенькие полоски, именуемые купальником, собственным телом почувствовать все ее пленительные и такие желанные изгибы… Алиса внезапно сделала неуловимое движение в сторону и нырнула, исчезая под водой. Джей провел рукой по лицу, стирая капли. И что это было? Так потерять контроль над собой! Может ему в макушку напекло? Тряхнув головой, он поплыл в сторону берега.

Изогнувшись знаком вопроса, Алиса отжимала мокрые волосы. Порывшись в рюкзаке, Джей протянул ей предусмотрительно захваченное полотенце.

— А ты? — спросила она.

— Обсохну, — махнул беспечно рукой.

Алиса села, вытянув ноги, откинула назад голову и, глядя в прозрачно-голубое небо, негромко произнесла:

— Спасибо, Джей!

Лондон, двумя неделями ранее

— Зачем? — угрюмо спросил Нолан.

— Ну я же диктатор, — ласково сказал Ричард, внимательно глядя на него, — считай это моей диктаторской блажью.

Психоаналитик оказался огромным, словно медведь гризли, бородатым мужиком в вытертых джинсах и сером свитере крупной вязки, что делало его похожим не то на канадского лесоруба, не то на норвежского китобоя. Никаких тебе интеллигентных очочков в тонкой оправе, непременного блокнота с карандашом и участливо-заинтересованного выражения лица. Медведь исподлобья глянул на клиента, сунул руку за пазуху и извлек оттуда плоскую фляжку. Взболтнув содержимое, он поинтересовался:

— Будешь?

Нолан усмехнулся:

— Буду.

Напиток определенно был хорош. Акции психоаналитика выросли сразу на несколько пунктов.

— Риманн, — представился тот.

— Ирландец? — подозрительно спросил Нолан.

— А то! — гордо ответил медведь.

Выпили за знакомство. Помолчали.

— Что употребляешь? — с любопытством спросил Риманн.

Нолан уселся поудобнее, взглянул на собеседника с неприкрытой иронией.

— Значит так, тебе за неделю? — уточнил он деловито, приготовясь загибать пальцы.

Риманн взирал на него с возрастающим уважением. Экстази, марихуана, три бутылки виски, двенадцать или около того — красного вина, пиво, кто ж его считает, и пару сотен сигарет.

— Э-э… ну, в общем, понятно, отчего тебе как-то фигово живется в последнее время.

Нолан энергично затряс головой:

— Не стоит путать причину и следствие.

— Не стоит, — согласился психоаналитик.

Позже Нолан никак не мог понять, каким образом, проведя в компании лесоруба-китобоя полтора часа, он ухитрился выложить почти все, что носил в себе последние месяцы. Какой магией обладал этот заросший, как йети, простоватый дядька, сумевший так незаметно и ловко вскрыть гнойник в его душе? Или просто пришло время, и фурункул вскрылся самостоятельно, а личность хирурга здесь была совершенно не при чём?