Книга Не с тобой-2, страница 104 – Gesiona

— Давай вернемся в зал, — спокойно и терпеливо повторил Нолан.

— Возвращайся! Что же ты бросил свою даму? Это так невежливо с твоей стороны — пригласить, а потом оставить бедняжку одну! — Она рассчитывала произнести это с сарказмом, но голос завибрировал, выдавая ее с головой. Баба, истеричная баба!

— Я извинился. Дама не в обиде, — Нолан не сводил с Алисы блестящих глаз. — Ты ревнуешь меня, кошка! Ты безумно меня ревнуешь! — улыбаясь, негромко произнес он.

— Ревную?! Ты действительно думаешь, что я до сих пор способна ревновать тебя?

— Я не думаю, я уверен в этом!

— Вы слишком высокого мнения о себе, мистер Хьюз!

— Да нет, при чём тут мое мнение о себе? — произнес он, неторопливо приближаясь к ней уверенным шагом охотника, загнавшего свою добычу. — Ты хорошо научилась скрывать свои чувства, Эли. Но сегодня твое умение дало сбой. И это было слишком… очевидно.

Стремясь избежать его близости, она вжалась спиной в ограду, откидываясь назад, нависая над пропастью. Очередной порыв ветра с мелкой пылью дождя швырнул волосы ей в лицо, пустил волну неконтролируемой дрожи по всему телу.

— О, так ты весь вечер занимался психоанализом! — прошипела она, отчетливо лязгнув зубами. — Развлекался, изучая меня, словно микроба на препаратном стекле! И к каким выводам вы пришли, коллега? Определились со стратегией лечения? Попробуете новые методы? Или по старинке шоковой терапией будете пользовать? Хреновый ты психотерапевт, Нолан! Да и хирург не лучший. А анестезиолог и вовсе никакой. Кромсаешь плоть по живому тупым скальпелем. Вот в этом ты мастер, виртуоз просто! Ты хоть знаешь, как долго заживают такие раны?! — закричала она, отбрасывая с лица отяжелевшую от сырости прядь. — Как мучительно долго болят, выгнивая изнутри, отторгая ткани и, черт возьми, никак не желая срастаться!

Он смотрел на нее совершенно черными глазами, и в этих глазах, таких насмешливо-уверенных еще секунду назад, сейчас пылали всполохи чего-то совсем иного, во что она не пожелала вникать.

— Прости меня… — сказал он совсем тихо.

— Простить?! Ты в самом деле думаешь, что это так просто? — рассмеялась она и тут же осеклась, задохнувшись, закрыла лицо ладонями, отвернулась. — Забыть все, — сдавленно проговорила она. — Забыть измену, твое предательство, сделать вид, что ничего не было?! Этого ты от меня ждешь?! — яростно выкрикнула она, оборачиваясь. — Ты жаждешь прощения? Как надолго, Нолан? На сколько хватит твоей верности? Как скоро я снова буду плакать?

— Никогда… никогда больше я не сделаю тебе больно, — медленно проговорил он.

И тут на Алису что-то нашло. Совершенно утратив контроль над собственными мыслями и действиями, она разъяренной тигрицей налетела на Нолана.

— Ты уже сделал это, ублюдок! — обезумев, закричала она, обрушивая на него хлесткую пощечину. — Ты сделал мне больно!

Он слегка отшатнулся, но не отступил. Упрямо склонил голову и, глядя на нее исподлобья, глухо, сквозь зубы, произнес:

— Ну… бей! Бей еще!

Выкрикивая что-то нечленораздельное, она стала молотить его кулаками по плечам и груди, совершенно не разбирая и не видя, куда сыплются удары, до тех пор, пока он не перехватил ее запястья и не толкнул к ограде балкона. На какое-то мгновение она еще успела увидеть очень близко, просто невероятно близко, его глаза с расширенными зрачками, а потом… потом не стало ничего. Лишь надежное кольцо его рук, переместившихся ей на спину, и тепло его дыхания на ее губах.