Книга Все начнется с нас, страница 91 – Колин Гувер

Я обвиваю руками его шею и, покрывая поцелуями линию челюсти, добираюсь до мочки уха.

— Что дальше?

Его руки покрываются мурашками. Он издает хриплый стон и поднимает меня выше, продолжая прижимать к стене. Я крепче обхватываю Атласа бедрами, желая ощутить его твердость, и он отвечает на мое движение быстрым рывком, от которого я вскрикиваю. Очевидно, мы оба этого хотим, и все же Атлас взглядом просит моего разрешения, прежде чем овладеть мной прямо здесь, в душевой кабинке. Мы уже обсуждали, что я на противозачаточных и что оба мы прошли нужных врачей, поэтому я коротко киваю и шепчу:

— Да.

Я крепче цепляюсь за его плечи, чтобы он принял более удобную позу. Левой рукой придерживая меня, а правой ухватившись за стену, он устремляется вперед и вверх, и наконец я чувствую его внутри.

Когда он выдыхает, уткнувшись в мою шею, я тоже выдыхаю со звуком, больше похожим на стон. Это подстегивает Атласа, он хочет добиться новых стонов.

От сильных толчков мои ноги размыкаются, и я начинаю сползать. Атлас поднимает меня на прежнюю высоту и слегка перемещается, чтобы вновь полностью войти. У меня вырывается очередной стон, Атлас проникает в меня еще раз, затем еще… Возможно, секс у влажной кафельной стены не так эстетичен, как на кровати, зато здесь Атлас другой, безудержный, и я не могу им насытиться.

Он дает мне насладиться этим буйством еще несколько минут, а потом мы оба выбиваемся из сил и понимаем, что способны продолжать только в постели. Атлас молча опускает меня на ноги, выключает воду и берет полотенце. Он тщательно сушит мои волосы, отжимая влагу обеими руками, затем спускается ниже и вытирает все тело, пока не остается ни капли. Затем наскоро обтирается сам, берет меня за руку и уводит из ванной.

Не знаю, почему нечто настолько простое, как его ладонь в моей ладони, вызывает огромную волну тепла в моей груди.

Атлас откидывает одеяло и жестом приглашает меня в постель. Настолько уютную, как будто мы купаемся в облаке. Он ложится на бок, а меня переворачивает на спину. Мне нравится эта поза. Нравится, как он надо мной нависает, приподнявшись на локте. Нравятся самодовольные искорки в его глазах, словно я — заслуженная награда.

Наши поцелуи перестают быть ленивыми. Атлас жадно и глубоко проникает языком в мой рот, а мгновение спустя на ощупь находит презерватив и надевает его, не прерывая поцелуя. Потом раздвигает мои бедра, и вот он уже сверху и не прекращает движений, пока я не ощущаю, как сладостно рассыпаюсь на части.

* * *

Атлас лежит на спине, а я прижимаюсь к нему сбоку, закинув ногу ему на бедро. Как чудесны такие моменты единения! Тихие мгновения, одолженные у хаоса жизни, когда на свете есть только мы двое, довольные и насытившиеся. Моя голова покоится у него на груди, его пальцы поглаживают мою руку.

Он целует меня и задает вопрос:

— Сколько времени прошло с тех пор, как мы случайно встретились на улице?

— Сорок дней, — отвечаю я.

Я считала.

— Ух! — выдыхает Атлас. Похоже, удивлен.

— А что? Тебе казалось, больше?

— Нет, я просто хотел узнать, считала ли ты дни, как я.

Я смеюсь и прижимаю губы к его груди, туда, где бьется сердце.

— Как вечеринка?

Я сразу понимаю, что его интересует. Он хочет знать, как вел себя Райл.

— Все прошло хорошо. Я разговаривала с Райлом от силы секунд пять.