Книга Когда оживает сердце, страница 87 – Ханна Бейли

— Может, ты и не единственная, к кому я здесь приставал, зато можешь стать первой, кого я здесь трахну. Хочешь? – Я расстегиваю ее джинсы, а затем и свои, заранее зная, каким будет ответ.

— Серьезно? – Ее глаза округляются, белки блестят в темноте.

Сунув руку ей в джинсы, обвожу пальцем набухший клитор.

— Только нам надо быть потише, дорогая. А тебе это дается нелегко.

Словно в подтверждение, она издает громкий стон, и я сую ладонь ей в рот.

— Будь паинькой, а то не получишь мой член.

Я снова провожу пальцем по клитору, затем вхожу внутрь, еле сдерживая собственные стоны. Сесиль хватает одеяло и прижимает к губам. Тело извивается под моими руками, киска становится еще более влажной. Дико хочется встать на колени и погрузить в нее язык.

— Ты отлично справляешься, красавица. – Я продолжаю гладить ее мягкую киску, теребя клитор. – Только не кричи, и я дам тебе то, чего ты так хочешь.

До сих пор не верится, что она моя. Я погружаю пальцы глубже, продолжая поглаживать клитор. Ее нетерпеливая рука присоединяется к моей, и быстрыми, порывистыми движениями мы вместе заставляем ее ноги дрожать в предвкушении оргазма.

— О да-а. Как ты, дорогая? Готова и дальше быть тихой, чтобы не попасться?

Я глажу ее волосы свободной рукой, Сесиль нетерпеливо кивает и крепче кусает одеяло.

Вот только она не полностью моя. Она замужем за другим мужчиной. Стараясь прогнать эту мысль, закусываю губу так сильно, что во рту появляется металлический привкус.

— Посмотри на меня, – шепчу я.

Ее ярко-голубые глаза открываются и встречаются с моими как раз в тот момент, когда она кончает. Приглушенный одеялом стон все равно удивительно громок, спина выгибается, взгляд не отрывается от меня. Она моя. И плевать на мужа.

— Умница, я тобой горжусь. – Я слизываю сладкую влагу с пальцев и нежно целую Сесиль, убрав одеяло. – Дай мне минутку, в кабине есть презерватив.

Неуклюже пытаясь скрыть эрекцию, вылезаю из кузова и иду к водительской дверце. Черт, я сильно недооценил близость других машин. Справа от нас увлеченно целуются двое подростков. Не удивлюсь, если они вскоре займутся тем же, чем мы. Зато пожилая пара слева выглядит так, будто им психолог посоветовал устроить свидание. Вот они-то нас быстро заткнут, если засекут. Зажав презерватив в кулаке, спешу обратно. Вежливо киваю женщине, молясь, чтобы ей не стрельнуло в голову опустить взгляд.

Устроившись рядом с Сесиль, стягиваю джинсы до колен. Она отворачивается и трясет пухлой попкой, штанов на ней уже нет. Провожу рукой по ее талии, и мой и без того готовый к действию член становится еще тверже. Черт, а ведь я действительно влюблен.

— Все еще ждешь, дорогая?

— Не представляешь, с каким нетерпением, – отвечает она шепотом. – Давай же, войди в меня.

Член шустро выскакивает из трусов, и я сжимаю его в кулаке. Кончик нетерпеливо тянется к ее попке, пока я вожусь с оберткой презерватива в темном кузове. Пластик шуршит, сердце колотится. Старая карга вот-вот нас услышит… Заметив мое волнение, Сесиль протягивает руку, выхватывает презерватив и, наконец, надевает его с порывистым вздохом.

Я прижимаю головку к ее мокрой киске. Задыхаясь от желания, Сесиль говорит одними губами «пожалуйста». О, для нее я сделаю что угодно.

Дюйм за дюймом я проникаю все глубже, стараясь не слишком сильно раскачивать кузов. Снова и снова вхожу в нее; ногти впиваются мне в предплечья, оставляя на коже фиолетовые полумесяцы. Она изо всех сил старается не кричать. Обычно в постели Сесиль такая голосистая, что я мог бы кончить от одних только звуков, но в том, как отчаянно она пытается сдерживаться, есть что-то невыразимо сексуальное. Я так поглощен ее мокрой киской, что не могу с уверенностью сказать, идет ли еще фильм.