Книга Дистанция, страница 60 – Луна Мейсон

— Так приятно видеть вас снова, миледи, – произносит он с нарочитым британским акцентом.

Грейсон, стоящий рядом, тут же напрягается. Мог ли Келлер выразиться еще явнее? С таким же успехом он мог прокричать на весь зал: «Я ее уже трахал, убери свои руки».

Опуская руки по швам, я поворачиваюсь к Грейсону:

— Отлично, может, начнем тренировку с детьми? У нас еще минуты две, пока они не начали колотить друг друга. Как бы сильно я их ни любила, у меня правда сейчас нет сил их разнимать.

— Так! Все разбиваются на пары и выходят на маты. Сиенна, ты в паре со мной, – раздается властный голос Келлера, который перекрывает остальные разговоры. В зале воцаряется тишина.

Что ж, приехали.

Ярость сжигает мою грудь.

Какого черта Грейсон прикасается к ней? Почти уверен, что он представляет, как она нагибается над столом. Этот мужчина добивается любой женщины, которую одаривает своей улыбкой бабника.

Сиенна, кажется, ничего не замечает, что немного успокаивает. Однако она не предприняла никаких действий, чтобы избавиться от него.

Меня не должно это волновать. Мы договорились на одну ночь.

Из-за того, что она провернула трюк «Золушка покидает бал», нам и не удалось по-настоящему освободиться от влияния друг друга.

Одной ночи было недостаточно. Я начинаю думать, что в этой жизни в целом не хватит ночей, чтобы я мог насытиться ею.

Выйдя из душа и осознав, что пентхаус опустел, я ощутил, как в области ребер возникает зияющая дыра. Пострадало не только мое самолюбие, но и сердце. Жизнь сразу погрузилась во тьму. Похоже, Сиенна своим заразительным смехом и сексуальностью привносит в мой мир свет.

Когда я увидел ее с Грейсоном, мои опасения подтвердились. Она по-настоящему запала мне в душу, и мне не хочется, чтобы она в ближайшее время из нее выбиралась. Я хочу оставить ее при себе, овладеть ею и поклоняться ей всеми возможными способами. Она не понимает, что, стоит мне чего-то захотеть, и я не остановлюсь, пока не добьюсь своего. Теперь я хочу ее, и я не спущу с нее глаз. Она не знает, что ее ждет.

Сиенна постукивает указательным пальцем по запястью, пока дети разбиваются на пары и начинают спарринговаться, и, похоже, ей не по себе.

Грейсон начинает разминку, и я, пользуясь случаем, обнимаю Сиенну за плечи, завожу ее в кабинет и захлопываю дверь.

Она ничего не говорит и едва ли смотрит на меня; черт возьми, это ранит. Она прижимается спиной к двери, все еще постукивая по запястью, и покусывает нижнюю губу, оглядывая комнату.

Я сокращаю расстояние между нами и руками упираюсь в дверь по обе стороны от ее головы, заставляя ее вздрогнуть. Она ловит мой взгляд и резко втягивает воздух. В ее пронзительных глазах вспыхивает желание. По ее шее разливается багровый румянец, и от нее исходит жар. Мне требуется вся выдержка, чтобы не впиться в ее губы.

Как бы ни старался, я не могу отпустить эту женщину. Хотя осознаю, что приводить ее в мой мир – поступок законченного эгоиста.

Я пальцами провожу по ее ключице и губами прижимаюсь к ее уху. И только я касаюсь ее кожи цвета слоновой кости, как на месте нашего контакта вспыхивает искра, и мое тело прошивает разряд, добирающийся до моего члена.

— Ты ушла, не поцеловав меня на прощание, принцесса. Ты меня ранила, – говорю я, приподнимая бровь.