Книга Хорошие девочки попадают в Ад, страница 52 – Марина Эльденберт

Амира умела плавать, ее учили в бассейне, но я все равно ни на минуту от нее не отходила. Сидеть на мелководье тоже не лучшая идея, признаю, но и сплавать куда-то подальше у меня не было ни малейшего шанса. К берегу почти не подплывали рыбки, и я всерьез задумалась о снорклинге. Никогда раньше не думала о том, чтобы посмотреть на кораллы и рыбок, но почему бы и нет, в конце концов.

— А ты меня покатаешь? — вдоволь набултыхавшись у берега, Амира подплыла ко мне.

Довольная, глаза сверкают.

Я бы с удовольствием вернулась обратно под зонтик, в шезлонг, но…

— Покатать?

— Да, можешь зайти поглубже и покрутить меня под водой. Только посильнее! Или просто потаскать туда-сюда?

— Моя кандидатура для катания рассматривается?

— Папа-а-а-а-а-а-а!

Я уже привыкла к тому, что когда мы втроем, мы разговариваем на английском. И к крикам Амиры, когда она видит отца — тоже. К чему я не привыкла точно, так это к Лукасу Вайцграфу в плавках.

И теперь не представляла, как мне это развидеть.

К сожалению, вовсе не потому, что я увидела там что-то страшное, напротив. Вообще ситуация вышла довольно неловкая, потому что я прямо при Амире залипла на ее отца: на его широкие плечи, грудь, бицепсы, пресс с кубиками и едва различимую светлую дорожку волос, уходящую под линию плавок. Можно было бы в этот список добавить и то, что выступало под плавками, и сильные ноги, но до такого я просто не дошла. Потому что вспомнила про Амиру и шустренько отвернулась, стараясь стереть из памяти эту картину, больше напоминающую съемки какой-то рекламы или сериала, чем реальную жизнь. Поразительно, как со своей практически типично скандинавской внешностью Лукас умудрился отхватить смуглую кожу, на которой будут так невероятно смотреться капельки воды и соль…

Амира с визгами побежала к отцу, шлепая руками по воде, а я — в противоположную сторону. В смысле, не побежала, а поплыла. Наконец-то. Океан вот ни капельки не охлаждал, ни от солнца, ни от увиденного. Я старалась себя уговорить, что это не первое красивое мужское тело, которое я вижу: в конце концов, это действительно было так. Я ходила в зал и видела там всякое, я смотрела соцсети и кино, наконец! Так с какой радости меня сейчас прикрыло, как девственницу из девятнадцатого века?!

Я окунулась с головой, нырнула, забыв про бейсболку, и ее тут же с меня смыло, пока я ее ловила, сзади раздались визги. Обернувшись, я увидела, как Лукас «катает» Амиру в воде, и как она счастливо верещит.

— Ники! Ники, иди к нам! — поймав мой взгляд, закричала она. — Папа и тебя покатает.

Я чуть не поперхнулась воздухом, когда представила, как «папа меня покатает», но… «папа меня не катал» уже очень давно. С тех самых пор, как мы с ним беседовали на туалетную тематику. Он вообще, казалось, обо мне забыл — в этом плане, а я была настолько потрясена тем, что он мне сказал рождественским утром, что думала исключительно об этом. О том, как вернусь домой. О том, как все будет кончено.

Я снова стану свободной.

Я снова стану собой.

Начну новую жизнь, без Роба, всех его закидонов. Устроюсь на простую работу, выучусь на дизайнера, буду работать, и…

Вспоминать Амиру. Это маленькое солнышко, согревшее меня и не позволившее поехать крышей под суровым небом Франкфурта-на-Майне.