Книга Зверь, страница 108 – Селина Аллен

Я, как и обещал, предоставил Перри спальню. Она закрылась там и не выходила какое-то время. Тем временем я занялся нашим ужином.

Через полчаса Перри спустилась. Ее лицо снова было усыпано веснушками, синяк стал более заметен на ее светлой коже. Рыжие волосы были еще влажными и легко завивались. На ней были лишь шелковая домашняя рубашка до колен с длинными рукавами и веселенькие тапочки с нарисованными пчелами.

— Вкусно пахнет, – сказала она, поглядывая в сторону духового шкафа.

Я подошел к холодильнику и усмехнулся, она моментально напряглась.

— Я сказала что-то смешное?

Обернувшись, я поставил на стол кувшин с лимонно-малиновой водой и взглянул на нее исподлобья:

— Прости, меда на ужин не будет.

Она сначала не поняла, о чем я, а затем удивленно уставилась на тапочки.

— Ха-ха! Очень смешно, Пауэлл. Смотри, как бы я не ужалила твою задницу, – сострила она. – Мне нравилось гораздо больше, когда ты молчал и делал вид, что ты часть декора.

— Поэтому твой рот не закрывался ни на секунду в моем присутствии. Любишь разговаривать со стенами?

— С камнями, – буркнула она и уселась за стол.

Наш разговор был абсурдным, но сильно веселил меня.

Я поставил перед ней большую тарелку с салатом и уже без смеха сказал:

— Еще пять минут. Скоро все будет готово.

Она придирчиво взглянула на салат, и глаза ее наполнились грустью.

— Я терпеть не могу траву, Макс. Сырая трава здесь, печеная трава там. Я лучше закажу себе пиццу.

Уголки моих губ поползли вверх, хоть она и вела себя как капризный ребенок. Но как я могу судить ее за то, что она не любит овощи?

— Не торопись. Там не только трава, – сказал я. – Да и моя брокколи тебе понравилась в прошлый раз.

Она пожала плечами, но от идеи с пиццей отказалась. Уже через пару минут я поставил наш ужин на стол.

— Запеченная телячья вырезка и овощи, – объявил я, наблюдая за ее лицом.

Судя по ее реакции, она точно обрадовалась вырезке. Разрезав кусок ароматного мяса, я наполнил ее тарелку. Перри, не стесняясь, принялась есть и мычать от удовольствия. Эту ее странную особенность издавать звуки во время трапезы я заметил еще в прошлый раз. Я любил полную тишину, но ее тихие причмокивания и постанывания не раздражали меня, а даже порождали во мне желание улыбнуться.

— Не хуже пиццы, не так ли? – спросил я, закидывая кусочек тающего мяса в рот.

Перри кивнула.

— Очень неплохо, а среди овощей я даже вижу картофель, – усмехнулась она. – Думала, ты такие вещи не ешь.

— Не ем, но добавил для тебя.

Мой взгляд постоянно возвращался к ней, но я запрещал себе так открыто пялиться на нее. Я был похож на маньяка, который откармливает свою жертву, перед тем как… думаю, в моем случае заняться с ней сексом.

Перри потянулась за стаканом фруктовой воды, а затем неторопливо поднесла его к губам. Все это время она не замечала меня, предпочитая оставаться наедине с телефоном. Так было лучше, потому что в следующий момент, когда она отставила стакан, легким движением откинула за спину норовящие упасть вперед локоны и подняла зеленые глаза, уличая меня в подсматривании, я застыл, чувствуя, как от щекотки в ребрах напрягается мое тело, противясь этим возникшим чувствам. Впервые я поймал себя на мысли, что мне было безумно спокойно с ней, а ее вид – сидящей напротив меня в домашней одежде и тихо чавкающей – умилял.