Книга Зверь, страница 98 – Селина Аллен

— Что за повод? – спросил Джей.

— Мы расстались.

— Как это расстались? – недоуменно осведомилась Донна.

Господи. Что во фразе «мы расстались» ей было непонятно?

— Как все люди. Решили, что теперь нам нужно двигаться дальше по отдельности.

Все затихли. Донна смотрела на меня с грустью в глазах, так и не решаясь что-то сказать, а Джей о чем-то задумался.

— Ну, Майк, судя по всему, не хочет двигаться по отдельности, – усмехнулся через секунду коллега, пихая меня плечом и роняя взгляды на букет.

После ссор Майк всегда извинялся и говорил, что такого больше не повторится, но все продолжалось дальше в большем объеме, чем раньше.

— Мне плевать, чего он хочет, я все решила. – Крафтовый пакет лежал на моем столе, и я гадала, что же туда мог положить Даррелл. Для помолвочного кольца, которое я вчера оставила на кухонном столе, пакет огромен. Надеюсь, когда я его раскрою, ничего оттуда не выскочит мне в лицо.

— Ладно, – улыбнулась Донна, – работа зовет. Букет красивый, хоть и нежеланный.

Я проводила ее взглядом и устало опустилась в кресло.

— Скажи, что это не Майк тебя ударил, – послышался тихий голос Джея.

— А если скажу, ты поверишь? – грустно усмехнулась я.

— Не-а.

— Я изменила ему. А до этого он изменил мне. Но отношения наши были обречены с самого начала.

— Тебе грустно?

С моих губ сорвался нервный смех.

— Грустно, но от того, что не ушла раньше. Думала, он любит меня. – Я взглянула в глаза коллеги. – А у тебя есть кто-нибудь, Джей? Мы часто говорим обо мне и Майке, но никогда не говорим о тебе.

Джей достал телефон из кармана джинсов, затем передал его мне. На экране была фотография девушки. Темные, словно ночь, глаза и русые прямые волосы.

— Моя жена Наоми. Она умерла от лейкоза три года назад. – Джей смотрел на фотографию с такой грустной улыбкой, что у меня больно закололо в груди. Было очень бестактно спрашивать его о таком.

— Прости, я не думала…

Я никогда не думаю, вернее, думаю, но после того, как делаю.

— Все в порядке. Она была бы рада, что о ней говорят, – улыбнулся Джей. – Наоми была особенной. Мы ходили вместе на биологию и математику, я был ботаником, который коллекционировал комиксы и мертвых бабочек в деревянных рамках, а она – самой красивой девочкой в школе. Однажды Наоми попросила позаниматься с ней математикой, я был так шокирован и, конечно же, согласился. Она ушла от квотербека ^[24] школьной футбольной команды и стала встречаться со мной.

— Это очень романтично, – сказала я, передавая телефон обратно в руки Джея.

— У нее был взрывной характер, мы часто ссорились, но у меня никогда даже мысли не возникало ударить ее. Если Майк сделал тебе больно, он не любит тебя. Я надеюсь, ты не совершишь ошибку и не станешь прощать его.

— Я точно не собираюсь делать этого. С меня довольно.

Оставшись в одиночестве, я решила взглянуть на содержимое загадочного пакета. Я аккуратно разрезала его, сердце затрепетало, когда я увидела две шоколадки «Марс» и маленькую карточку.

«Возьми шоколадку в качестве нашего примирения. К тому же тебе нужно попробовать немного сладкого, может, тогда твои глаза перестанут излучать столько грусти, Утконосик. Сахар поднимает эндорфины.

P. S. Одна для тебя, а другую я задолжал».

Надо же. А цветы ведь не от Майка.

Следующим утром я обнаружила, что моя «Искорка» немного приболела. Эвакуатор оттащил ее в сервисный центр, а я, поймав такси, направилась в «Скалу» на тренировку «Дьяволов».