Книга Игрок, страница 62 – Селина Аллен

— Чего застыла, Стоун? – желчно спросила подоспевшая Аннабет. Ее макияж был немного смазан, глаза покраснели. Роуз плакала.

Я моментально почувствовала жалость к сопернице.

Возможно, не будь между нами конкуренции, мы могли бы подружиться. Ведь Аннабет была интересным человеком. Обожала кошек и регулярно помогала кошачьим приютам, у нее был младший брат и мама, а еще она любила Гарри Стайлса. И все это я узнала, потому что была наблюдательна. Не может плохой человек жертвовать свои деньги кошкам и любить Гарри Стайлса.

— Эй, пусть победит сильнейший.

Аннабет сузила глаза и покачала головой, однако ничего не ответила.

— Готовность через десять минут, – сообщила Присцилла и вместе с Далией Блу покинула отдел.

Я встала с места, разгладила брюки, схватила сумку и направилась в уборную.

Победа у меня в кармане. Перри уже выбрала место, где мы будем праздновать мой первый проект. И, надеюсь, мою новую должность. Живая музыка, бар, зал с бильярдом.

Поправив макияж и расчесав волосы, я еще раз оглядела себя в зеркало.

Пора поспешить в зал для заседаний.

Я толкнула дверь и остолбенела, от страха меня бросило в жар.

Она не поддавалась.

Покрутила ручку, толкнула еще раз. Ничего. Дверь была заперта. Чего за все время работы в офисе не случалось.

Я припала ухом к двери и прислушалась.

Шаги.

Там кто-то есть.

— Эй! Мне нужна помощь. Здесь заперто, помогите мне выйти, – закричала я, беспрерывно стуча в надежде, что мне откроют. Но шаги становились все тише, пока не пропали вовсе.

Я ринулась к сумке, намереваясь отыскать телефон и позвонить Бёрди или Рокси, но вспомнила, как оставила его на столе, рядом с планшетом. Обреченно взглянула на наручные часы и поняла, что осталась минута.

— Аннабет, это не смешно! – вспыхнула я, словно она могла слышать меня, словно не ушла только что, оставляя меня в безвыходном положении.

Кто еще мог сделать это, как не моя соперница?

Черт!

Я начала колотить по двери изо всех сил, но ни через пять, ни через десять, ни даже через тридцать минут мне не открыли.

Обед только закончился. А я любила ходить в самое дальнее крыло, где практически не было людей. Привычка, сохранившаяся со школы. Чтобы не наткнуться на своих мучителей.

Я сползла по двери на кафель, не заботясь о своих брюках, подобрала колени и уронила на них голову. Зажмурилась, чувствуя боль в горле от подступающих слез.

И снова я была той девочкой, которую третировала сводная сестра. И снова оказалась в своей старой комнате, увешанной плакатами любимых групп.

Дом сотрясал ужаснейший грохот, который Трейси называла музыкой. Глупая сестрица устроила вечеринку для тридцати своих друзей, наплевав на предостережение собственного отца.

Родители отдыхали в Пасадене. К их приезду Трейси все уберет, и они не узнают о вечеринке, а я не скажу, потому что больная сводная сестра обязательно отомстит мне.

Я вытерла слезу со щеки и прикусила губу еще сильнее, едва не вонзаясь в нее до крови. Осколки деревянной рамки разлетелись по всей комнате, как и маленькие иголочки-фиксаторы, и поломанные крылья бабочек.

Бабочек было около сорока на огромном стенде, часть из них привез мне папа. Я собирала коллекцию с семи лет.

Прекрасный черно-желтый махаон, поломанный, валялся у моих ног среди другого мусора. Полчаса назад Трейси вместе со своими друзьями вломилась в мою комнату. Она растоптала мою коллекцию бабочек вместе с рамкой, а ее друзья помогли ей, она назвала это наказанием за то, что я делаю за ее спиной.