Книга Заставь меня влюбиться, страница 24 – Селина Аллен

Конрад покачал головой.

— Это не обсуждается.

— Я не могу уехать с тобой, я не знаю о тебе ничего! Совершенно. Кроме того, что у тебя аллергия на слова «пожалуйста», «спасибо» и человеческую светлую улыбку.

— Однако это не помешало тебе переспать со мной, – фыркнул он.

— Ты не улавливаешь о чем я, откуда мне знать, что ты не больной извращенец или придурок, который пристегнет нас обеих наручниками к батарее в своем подвале? Я не поеду!

— Не утрируй, разве я похож на извращенца?

Я окинула его скептическим взглядом и разочаровано покачала головой.

— Обязательно отвечать? – спросила я, наблюдая за тем, как темнеют от недовольства его глаза.

— Ерничаешь, значит не так уж тебе и страшно.

— У меня аренда на год, я только-только оплатила ее! – воскликнула я.

— Предупреди владельца и оставь все барахло здесь.

Я закипала. Как он мог так обращаться со мной? Нельзя просто взять и увезти кого-то на другой конец страны.

— Но я потеряю все, что у меня есть! И ради чего? Дать тебе поиграть в папашу? – мой голос почти срывался на крик.

На ковре сидела Аврора, которая широко распахнутыми глазами наблюдала за нами. Кинув быстрый взгляд на дочку, я заставила себя успокоиться.

— Вы будете жить в моем доме. Я буду вас обеих обеспечивать, тебе просто нужно делать то, что ты итак делала – заниматься девочкой.

— Когда ты наиграешься, где я возьму жилье, где мне брать деньги, работу?

— Можешь не переживать по этому поводу. Я не откажусь от нее, что бы ни случилось.

— Я не привыкла сидеть дома, тем более за счет постороннего мне человека!

Конрад выдохнул сквозь стиснутые зубы.

— Моя сестра – трудоголик, она работает шесть дней в неделю, и как я полагаю, ты тоже работала. С кем была наша дочь?

— С няней, – ответила я. – Роза ее няня, неужели ты еще не понял?

Обрадованным он не выглядел.

— Черная агрессивная женщина, которая угрожала мне своими уголовниками племянниками, – кивнул он.

Она вовсе не была агрессивной. Роза лучший человек, которого я когда-либо встречала.

— Она любит Аврору! Она заботится о ней с рождения.

— И тебя это устраивает?

Меня многое не устраивало. Но я не могла ничего поделать. Роза стала членом нашей семьи. Ее прислали из социальной службы, когда дедушке было совсем плохо. Что-то между ними произошло, и вскоре я заметила странные взгляды дедушки в сторону харизматичной Розы. Была ли я против? – Нет. Роза стала частью нашей жизни. Она поддерживала меня, когда я была беременна. Стала для меня феей крестной. Поэтому я никогда не дала бы Розу в обиду. Но Конрад прав в одном. Была бы у меня возможность, я не отходила бы от дочки.

— Нет. Не устраивает, – ответила я.

— Вот и славно. Собирайся, вечером самолет, мы летим в Лос-Анджелес.

Я не могу уехать. Не могу потерять здесь все. Я не доверяю ему и совсем не знаю Конрада.

— Сколько раз мне повторить, чтобы ты понял? Я никуда с тобой не полечу! – зашипела я.

Он оскалился, раздраженно сунул руки в карманы джинсов.

Я боялась, что он схватит меня как в кабинете, но он даже и не думал касаться меня. Интерес, который я заметила в его взгляде ранее, пропал. В его глазах не было ненависти, но была ничем неприкрытая злость. Мистер Хэтфилд не любил когда ему перечили. А мне же хотелось делать это без выходных и перерывов на обед. Поэтому я считала, что небезопаснее всего мне находиться именно рядом с ним.