Книга Все наши цвета, страница 170 – Инма Рубиалес

— Хочешь поговорить о лжи? – вскидывается она. – Отлично, с тебя и начнем! По-твоему, я не заметила, что машина Логана Тернера появляется внизу несколько раз в неделю? Ты – единственная, кто здесь лжет. Ты говорила, что между вами ничего нет!

— Слушай, а почему тебя вообще это так волнует? У тебя есть парень, Линда! Прекрати уже зацикливаться на Логане!

— Чтобы что? Чтобы ты могла забрать его себе?

— Я не собираюсь никого забирать. Логан не вещь. Он человек и сам принимает решения.

— Ты же не думаешь, будто он и правда хочет быть с тобой?

Эта пренебрежительная насмешка подсказывает мне, что дело тут не только в Логане.

Но и во мне.

— По-твоему, это какое-то соревнование?

— Оно им стало, когда ты решила принять участие. Ты правда веришь, что у тебя есть хоть какие-то шансы? – Она презрительно окидывает меня взглядом с головы до ног. – До чего же ты жалкая.

Мое терпение лопнуло. Я подхожу ближе, пристально глядя Линде в глаза.

— Я не конкурирую с тобой, – твердо говорю я и делаю паузу. – Но будь это соревнование, ты бы сошла с дистанции еще на старте. Потому что я уже победила.

Выражение ее лица мгновенно меняется.

— Это неправда, – она запинается. – В тебе нет ничего особенного.

— Только вот с Логаном мы общаемся всего пару месяцев, а я уже нравлюсь ему больше, чем ты когда-либо понравишься за всю жизнь.

Я ни за что не стала бы ссориться с другой девушкой из-за парня, но сейчас мне хочется быть жестокой. Такого гнева я никогда еще не испытывала. Не из-за Логана, а из-за самой Линды. Я не могу смириться с тем, что она сделала, как она меня обманула. Я защищала ее снова и снова. Я ссорилась с Логаном из-за нее. А она предала меня.

Она причинила мне боль. Она меня предала.

И ей было все равно.

— Он играет с тобой, – повторяет она старую песню. – Использует тебя и бросит, как всех остальных. А когда ты придешь ко мне, рыдая и прося прощения, вспомни, я тебя предупреждала.

— Со мной он так не поступит.

Она насмешливо фыркает.

— И почему же? Ты какая-то особенная?

— Я знаю Логана. Если я говорю, что нравлюсь ему, значит, я уверена в этом. Никакие твои слова не заставят меня передумать. Ты должна благодарить меня за то, что я не обратилась в полицию, когда ты выложила мою фотографию.

— Ты правда думаешь, что я этого хотела?! – восклицает она.

— Ты сделала это, Линда.

— Потому что ты меня заставила! Ты думала, я никогда не узнаю, что ты устроила той ночью? Все вас видели! Видели, как ты его целовала, как… поднималась с ним в ту проклятую комнату! Ты меня унизила перед всеми! – кричит она, выходя из себя. – Если бы не твои поступки, мне не пришлось бы никому отправлять эту фотографию.

— Ты сделала это, чтобы меня наказать? – Я не могу поверить своим ушам.

— Я сделала это, потому что хотела, чтобы ты его возненавидела, – признается Линда, явно не испытывая ни малейших угрызений совести. – Но мне это не удалось.

— На самом деле ты добилась противоположного эффекта. Так мы с Логаном и подружились. А тебе хотелось того же. Вот почему следующая слитая фотография была твоей. Ты сама ее и выложила.

Услышав мое обвинение, Линда поникает. Ее привычные защитные барьеры рушатся. Глаза наполняются слезами, из груди вырывается тихий всхлип. Кажется, будто ей трудно дышать.