Книга Все наши цвета, страница 219 – Инма Рубиалес

И вот тогда-то реальность обрушится на меня как ушат ледяной воды.

А что насчет Мэнди?

Захочет ли Логан, чтобы я продолжила ее навещать? Или скажет держаться от нее подальше?

Через два дня после Рождества я сижу за письменным столом. На экране ноутбука – лицо Саши. Мы много говорили в эти праздники. И мне неприятно признавать, какое облегчение это приносит. В глубине души я боялась, что они с Кенни теперь отдалятся от меня. К счастью, все остается по-прежнему.

На часах половина шестого. Я бездумно черчу каракули в блокноте, где должна была делать наброски следующей книги. Но ничего не получается. Я в тупике с тех пор, как закончила «Под кожей».

— Я рада, что ты все-таки поговорила с родителями, – произносит Саша, когда я заканчиваю рассказывать ей о разговоре с мамой, который состоялся неделю назад. – Им стоило узнать, что из себя представляет Линда.

— Я должна была это сделать, – признаю я. – Мы всегда были очень близки. Они поддерживали меня в трудную минуту. И не заслуживают того, чтобы я скрывала от них такие вещи. К тому же с тех пор, как я все рассказала, мне стало легче. Я чувствую себя уже не такой виноватой.

Раньше я не решалась открыть им правду – что, если они обвинят во всем меня, сочтут наивной из-за того, что я доверилась Хейзу? Но ничего подобного. Наоборот, мама часами ругала Линду. Она тепло к ней относилась, и такое предательство, должно быть, причинило боль и ей. Но, несмотря на это, она без колебаний встала на мою сторону. Как и папа.

— Ты уже решила, что будешь делать?

— На следующей неделе переезжаю в общежитие.

— Это к лучшему, – заверяет меня Саша. Затем тычет в меня пальцем. – Но только попробуй променять меня на свою новую соседку! Я твоя единственная лучшая подруга, никого другого я не потерплю.

— Клянусь, я сохраню верность тебе, – смеюсь я.

— Это в твоих интересах.

— Мама считает, что мне стоит поговорить с ней. С Линдой, я имею в виду. – Разговор становится серьезным. Я колеблюсь. – Сказала, что это поможет мне полностью отпустить ситуацию.

— А ты сама что думаешь?

— Думаю, она права.

— Поступай так, как тебе будет лучше. В таких ситуациях не бывает однозначно правильных решений. Главное – думать о себе. Если хочешь, могу пойти с тобой, чтобы ты не накинулась на нее при первой возможности, – шутит Саша, пытаясь вернуть разговору былую легкость.

Я снова улыбаюсь.

— Думаю, я справлюсь сама.

— Линда может быть очень раздражающей, когда захочет.

— Знаю. Но я справлюсь.

Может быть, раньше я бы не смогла, но теперь меня никто не остановит. Тем более – Линда.

Я точно знаю, что сказал бы Логан, услышав это. Судя по тому, как на меня смотрит Саша, она подумала о том же. Ее лицо грустнеет.

— Я горжусь тобой, ты же знаешь? И не только я. – Плотно сжимаю губы, но она не отступает: – Ты с ним разговаривала?

— После моего дня рождения – нет.

— Лия, прошло десять дней.

— Я знаю.

— Ты не скучаешь по нему?

— Конечно, скучаю.

— Но не думала изменить свое решение?

— Я не могу снова быть с ним. Не таким образом. – Я знаю, что чувствую к Логану. Возвращение к «дружбе с привилегиями» только причинит мне боль. Нам лучше быть порознь. Именно поэтому я не звонила ему. Я больше не могу довольствоваться половинчатой версией отношений.

По крайней мере это то, что я говорю сама себе. На самом деле я просто трусиха. Мне страшно столкнуться с ним после всего, что произошло в ту ночь.