Книга Пока не закончатся звезды, страница 241 – Инма Рубиалес

— Майя? – Элеонор открывает дверь, и я вскакиваю на ноги. Она улыбается, как будто заметила мою нервозность. – Идем. Доктор готова тебя принять.

Она ведет меня по узкому коридору в дальнюю комнату. Войдя внутрь, я сразу замечаю огромное окно, через которое проникает много света. Здесь есть стеллажи с книгами, несколько цветочных горшков и два кресла друг напротив друга. В одном из них сидит женщина. Она встает, чтобы поприветствовать меня. Я поворачиваюсь к Элеонор, и та ободряюще мне подмигивает.

— Все будет хорошо, – уверяет она.

Затем еще раз улыбается мне и закрывает за собой дверь.

Взяв себя в руки, я поворачиваюсь к доктору. Она намного старше, а ее улыбка излучает спокойствие.

— Приятно познакомиться, Майя, – говорит она. – Я доктор Гастингс, но ты можешь называть меня Анной. Как тебе больше нравится.

Я киваю. Хоть мне и страшно, все не так плохо, как я думала.

— Спасибо, Анна, – отвечаю я, и она широко улыбается.

— Почему бы тебе не присесть? – предлагает Анна, видя, что я замерла на месте.

Я устраиваюсь в одном из кресел, и она садится напротив. Скрещиваю ноги, наблюдая за тем, как она открывает блокнот. Зажмурившись, я делаю вдох, чтобы расслабиться.

И наконец Анна спрашивает:

— Что привело тебя сюда?

Когда я выхожу, уже стемнело. Я поднимаю глаза к небу и почти что вижу, как моя сестра следит за мной оттуда и говорит: «Ты сияешь, Майя. Отныне и навсегда – ты сияешь».

* * *

Я не разговаривала с мамой всю последнюю неделю. Только по самым необходимым вопросам. Она переживает из-за расставания со Стивом, что по-своему забавно, ведь это значит, что мы одновременно остались с разбитым сердцем. И, возможно, как раз поэтому каждая из нас притворяется, будто другой не существует. У нас обеих хватает своих проблем.

Однако, придя вечером домой, я обнаруживаю, что мама не лежит на диване, как обычно. Вместо этого она сидит за обеденным столом и ждет меня. Телевизор выключен, и в доме царит тишина. Я хмурюсь. В мою голову закрадывается ужасное подозрение, когда я вижу в прихожей пару чемоданов.

— Можешь присесть? – спрашивает она, прежде чем я успеваю открыть рот. В ее голосе звучит усталость и глубокая печаль. – Мне нужно поговорить с тобой.

Мне хочется запереться в комнате, чтобы избежать этого разговора, но в итоге я сажусь напротив, беспокойно сжимая руки под столом. Мама делает то же самое, и я с грустью понимаю, что унаследовала этот жест от нее. Я не могу вспомнить, когда мы в последний раз сидели и разговаривали. И это так печально. Ведь она – моя мама.

— Стив не вернется, – начинает она.

Я напрягаюсь, но все равно говорю:

— Мне очень жаль, мама.

К моему удивлению, она качает головой.

— Так будет лучше для нас обеих. Он не был хорошим человеком. – Я сглатываю. Больше мне нечего сказать. – Он познакомился с какой-то женщиной на побережье. Когда я позвонила тебе, я как раз узнала, что он изменял мне несколько недель. Он сбежал с ней. А это значит, что все кончено, Майя. Страница перевернута. Мы больше никогда его не увидим.

Я поспешно киваю. Когда я осознаю все сказанное, на мои глаза наворачиваются слезы. Я столько месяцев провела из-за него в постоянном страхе, и наконец-то все закончилось. Он останется в прошлом. А я могу жить дальше.

— Я знаю, что в последнее время не была образцовой матерью, – продолжает она. – Меня не было рядом, когда ты во мне нуждалась. И я не хочу оправдываться, но ты казалась такой… самостоятельной. Когда с твоей сестрой произошел несчастный случай, ты перестала быть ребенком и стала взрослой. И я вдруг почувствовала, что не нужна тебе и, более того, что я для тебя обуза.