Книга Кулинарная школа в Париже, страница 6 – Софи Бомон

— Да. Oui. Но код…

Его темные глаза заблестели.

— Конечно. Позвольте мне. – Когда он приблизился, она уловила крепкий душок. Он заметил, как наморщился ее нос, и рассмеялся. – Козий сыр, mademoiselle. Для школы.

Разумеется. Дабы скрыть свое смущение, она вступилась за себя по-французски:

— Прекрасно. Я люблю козий сыр. Особенно крепко пахнущий.

Он слегка приподнял брови, и Габи с некоторым удовольствием отметила, что ее идеальный французский его удивил. Но он ничего не сказал, лишь быстро одарил ее улыбкой и набрал код. Дверь со щелчком открылась, и мужчина придержал ее для Габи. Затем он направился к лифту, но она прошла мимо. Она не была в восторге от узких деревянных лифтов, встречающихся в старых французских жилых домах. Вместо этого она поднялась по лестнице, перепрыгивая две ступеньки за раз, забавы ради, и добралась до нужного этажа почти без одышки. Хоть какое-то редкое преимущество от последних нескольких месяцев. Она начала бегать каждое утро, чтобы передохнуть от гнетущих мыслей, и в результате пришла в форму.

Рядом с входной дверью школы на третьем этаже находился звонок. На его звук практически сразу откликнулась юркая молодая брюнетка с айпадом в руках. Она представилась: «Ясмин Берада, персональный ассистент мадам Сильви Морель», – на безупречном английском и лишь на мгновение выказала удивление, когда Габи ответила ей на беглом французском, тоже, в свою очередь, представившись и извинившись за опоздание.

— Никаких проблем, – плавно промурлыкала Ясмин на французском, пропуская ее внутрь. – Ничего еще не началось. А теперь, будьте добры, оставьте свои туфли здесь, – продолжила она, – и наденьте любую пару. – Она указала на стойку с черными слипонами на мягкой подошве. – Я буду очень вам признательна.

— Разумеется. – Габи сняла свою обувь и выбрала пару подходящих по размеру слипонов. Взглянув на золотой скрипящий паркет, она поняла, почему организаторы не хотели, чтобы люди расхаживали здесь в уличной обуви. И хотя слипоны не выглядели слишком уж элегантно в сочетании с ее темно-красной юбкой, от них ее ноги устанут гораздо меньше, чем от ее ботинок на каблуках, особенно если она будет часами стоять на кухне.

Когда она переобувалась, мужчина, впустивший ее в дом, прошел в холл, на этот раз без коробки. Он кивнул Ясмин и одарил Габи очередной ослепительной улыбкой.

— Надеюсь, сыр будет соответствовать вашим высоким стандартам, мадмуазель, – сказал он по-французски. – И если захотите еще, приходите навестить меня на рынке Бастилии – я бываю там каждый четверг и воскресенье!

— Пожалуй, я могла бы прийти к вам, – ответила Габи, – если сыр окажется качественным. Или же если мне понадобится пожаловаться на него!

«Я флиртую, – подумала она, – а я не флиртовала годами». Она уже позабыла, как это весело. Особенно в Париже, где каждый понимает, как работает флирт. Никаких обязательств, просто наслаждение моментом.

Он рассмеялся.

— Обязательно, мадмуазель. – А затем, весело попрощавшись с ними обеими, он ушел, звонко хлопнув за собой дверью.

Словно предвосхищая вопрос Габи, Ясмин произнесла:

— Это Макс. Он несколько оригинален. – Такая характеристика личности использовалась французами как с одобрением, так и без него. Тон Ясмин оставался нейтральным, поэтому Габи не была уверена, что скрывается за ее репликой.