Книга Тень прошлого, страница 54 – Ася Лин

— Это все из-за тебя! Все! – вопит со слезами на глазах – ты виноват, ты! – отталкивает от себя мужские руки – если бы ты сразу мне поверил, если бы дал денег на обследование! Этого бы не случилось.

— Мы не спасли бы его – уверенно заявляет мужчина – он бы все равно погиб!

— Нет! – вскакивает с кровати девушка - Ты себя слышишь? – тычет пальцем ему в грудь – ты слышишь, что ты сейчас несешь?

— Малыш, - тихо произносит он – тебе нужно поспать.

Дальше что происходит, я уже не вижу. Силой заставив себя отлипнуть от стены, прохожу дальше. По щекам кататься соленые слезы, быстро их смахнув, иду к ресепшену.

— Добрый день! – произношу охрипшим голосом.

— Добрый день! – блондинка поднимает взгляд на меня – Полина Михайловна, вы зачем встали? Вам сейчас лежать положено!

Обогнув стойку, девушка хватает меня под руку и подталкивает в спину.

— Что с моей малышкой?

— Я сейчас доведу вас до палаты – уже не таким строгим тоном, произносит – и позову вашего лечащего врача, хорошо?

— Хорошо, - киваю в ответ – а с Ромой?

— Все хорошо, час назад пришел в себя. Переломов и травм нет. Отделался легким испугом.

Я конечно рада за Рому, но сейчас не могу этого показать. Пока я не узнаю что с ребенком, я вообще сделать ничего не смогу. Ведь мы здесь, в хорошем состоянии, после этой аварии. А моя малышка, неизвестно где. Даже думать о плохом не хочу. Хочу чтобы моя малышка была здорова.

Господи, если ты есть, помоги! Я тебя прошу.

Дойдя до моей палаты, медсестра помогает лечь, укрывает меня и выходит.

Пока её нет, я все думаю. А если бы мы не отвлеклись от дороги? Если бы не болтали без умолку? Какой бы тогда исход был? Ведь может тогда, Рома успел затормозить и мы поехали дальше? От таких мыслей становится только хуже. Ведь во всем виновата я сама. Сама много говорила, отвлекла водителя и по моей вине, мы находимся сейчас здесь!

— Добрый день, Полина Михайловна.

В палату заходит известный мне врач. Лучший в своей профессии, детских реаниматологов. Тут моё сердце замирает, ведь если он тут, значит, с моей малышкой не все хорошо.

Но скорее это и понятно, родится почти на восьмом месяце, слишком рано. Но выходить можно! Я это читала. Значит надежда сейчас есть. Только вот почему моё сердце так и зависло в мертвой агонии?

— Павел Сергеевич! Добрый день!

— Поль, - мужчина берет стул, ставит рядом с кроватью – я сейчас скажу, а ты попробуй принять это, хорошо? Иначе я приглашу психолога.

— Лучше сразу психолога. – мои глаза начинают бегать по лицу Павла, руки пробивает крупная дрожь.

— Хорошо. – он достает телефон из кармана, набирает номер – Вениамин? Зайдите пожалуйста в двести четвертую. – сбросив вызов, смотрит на меня – сейчас подойдет.

Павла я помню еще с малых лет. Этот добрый доктор, жил по соседству с нашей семьей, когда еще была жива мама. Как я начинала болеть, родители сразу обращались за помощью к Павлу, тот же в свою очередь приходил, осматривал меня и назначал лечение. Так же у мужчины двое детей, с которыми мы играли каждый летний день. Зимой же выходили не так часто, больше сидели в детских комнатах, перебирая разные игры. В то время, как родители с теплым глинтвейном, собирались у камина и обсуждали новости.

— Звал, Палыч? – в палате появляется седовласый мужчина, сорока лет.