Книга Несмеяна для босса, страница 72 – Алёна Амурская

Но звучит оно, как любезное предостережение.

Дни в тихой квартире Короленко растягиваются во времени странно и зыбко.

Короленко почти не поднимается на второй ярус, где он уступил мне свою спальню. Но во всем, что меня окружает, я непрестанно чувствую его молчаливое и незримое внимание ко мне. В каждой бытовой мелочи, вроде оставленного на видном месте незапароленного ноутбука со стикером “Пользуйся”, а также зарядника, новой бутылки негазированной воды, журнала или беспроводных наушников.

Всё это добро возникает на моей тумбочке, как по волшебству, уже на следующее утро после моего появления в его холостяцком жилище.

После ухода его матери со скуксившейся Сарой между нами образовалась странно хрупкая атмосфера какой-то подростковой неловкости. Ольга Евгеньевна одним своим появлением умудрилась погрузить своего железобетонного сына в уязвимое состояние, которое он теперь изо всех сил стремился от меня скрыть.

Во всяком случае у меня создается именно такое впечатление, когда дверь за ними закрылась, и Короленко спросил, не поворачиваясь ко мне от окна:

— Всё нормально? Моя мать не очень общительна с чужими.

С чужими…

Это еще с какой стороны посмотреть, кто для Ольги Евгеньевны чужой. Учитывая то, что мальчика по имени Артур мать обнимала только по праздникам… М-да. Печальное какое-то детство получается, если всё, что у него было и есть - это сдержанность, дисциплина и ответственность.

Я невольно смотрю на его широкую спину… и вдруг чувствую, что от всей его фигуры исходит чёткое ощущение одиночества.

— Всё нормально.

— Что ты думаешь о ней? - вдруг спрашивает Короленко.

— Думаю… твоя мать довольно проницательная женщина, - осторожно отвечаю я. - Мне показалось, что она увидела меня насквозь. Не как обманщицу Яну Мрачко, а… как Яну Несмеянову. Без предубеждения… - я делаю паузу и тихо спрашиваю: - А ты? Ты тоже сейчас видишь меня без предубеждения?

— А ты как думаешь? - он чуть горько усмехается. - Иначе бы тебя здесь сейчас и не было.

— Прости, - вздыхаю я. - Из-за меня столько проблем. Похоже, проблема - это мое второе имя.

Он наконец разворачивается и долго смотрит на меня в упор, скрестив на груди мускулистые руки. Без раздражения, но и без снисходительности.

— Ты для меня не проблема.

И всё.

Потом у него звонит мобильный, и он уходит в свой кабинет - единственное место в этой огромной двухъярусной квартире, которое является изолированным. А я прячу дрожащие пальцы в рукавах, потому что в этом простом ответе - нечто большее, чем я ожидала услышать. Потому что несмотря на его отстраненность и отсутствие красивых слов, он защищает меня одной лишь этой фразой. И от меня самой, и моего чувства вины.

И это - уже очень много.

Теперь я каждое утро тайно ловлю его шаги внизу, как музыку для своих ушей. Кухня. Кофе. Деловой звонок. Еще один. Потом - мягкий щелчок закрывшейся двери и тишина в квартире. Мы почти не общаемся, потому что он зачастую возвращается очень поздно. С телефоном в руке, тяжёлым лицом и аурой дел, которые не терпят отлагательств.

Зато с его приходящей домработницей мы уже почти сдружились.

Она сразу просекла, что я не из тех девиц, что проживают в элитном секторе, и очень скоро начала общаться со мной свободно. Даже поинтересовалась как-то, кем я работаю… на что я уклончиво ответила, что мой работодатель отправил меня в бессрочный отпуск за свой счет из-за травмы.