Книга Несмеяна для босса, страница 91 – Алёна Амурская

Я медленно отхожу от домофона, ощущая, как сердце начинает стучать быстрее. Что-то в её поведении не даёт мне покоя. Слишком уж Сара держалась самоуверенно, даже торжествующе. Слишком легко и просто вошла в это здание… с моей же помощью.

Задумчиво подхожу к окну. Пряди штор колышутся от сквозняка приоткрытого на продувание окна. И я, всё ещё ничего не подозревая, рассеянно выглядываю наружу.

Во дворе среди дорогих иномарок припаркована какая-то несуразная серая тачка, вроде отечественного производства. Обычная, затемненными стеклами. Я бы не обратила на нее внимания, если бы она не смотрелась среди роскошных блестящих иномарок, принадлежащих жителям элитного комплекса, так простенько и безобидно.

“... если ты вдруг увидишь во дворе какую-то вроде обычную машину… - вдруг деловито напоминает в моей голове мальчишеский голос Лёньки, - … серая, без опознавательных знаков, но на литье, и с чуть притонированными стёклами, то это …”

О Господи.

Я буквально прилипаю к стеклу, разглядывая серую тачку до рези в глазах.

Вижу, как из водительского окна высовывается длинная мускулистая ручища с вонючей дымящейся сигарой. С такого расстояния разглядеть сложно, но я оперативно пользуюсь камерой телефона, как биноклем. Приближаю с помощью зума изображение этой руки и с противным холодком страха разглядываю уродливые наколки, густо облепившие всю руку, вплоть до костяшек нездоровых желтоватых пальцев. Это зрелище до жути напоминает мне об охранниках Германа. Те тоже у него все в наколках ходят.

А что если это она? Машина Бейбарыса, о которой предостерегал через племянника Дед?

И что… что, если Сара появилась тут не случайно..? Что-то уж больно подозрительно выглядит ее появление в комплекте с серой тачкой у нас во дворе…

Или у меня уже паранойя на фоне острого стресса последних дней?

Понятия не имею, стоит ли доверять самой себе в этих притянутых за уши выводах, но два года жизни в бегах приучили меня к одному важному правилу: лучше перебдеть, чем недобдеть - и оказаться пойманной в ловушку из-за своего же скептицизма. И плевать на Сару, которая вот-вот должна подняться сюда на лифте.

Следующие пару минут я действую на автомате.

Поворачиваюсь, рывком натягиваю куртку прямо поверх домашней пижамы, хватаю ботинки, запрыгиваю в них. Затем выбегаю в подъезд, захлопнув дверь. Там на ходу отправляю короткое предупреждение Короленко и бросаюсь к двери запасного выхода с лестничной площадки.

Руки дрожат, но пальцы чётко вводят код на электронном замке. Звук механического щелчка - и вот я уже на металлической пожарной лестнице, обдуваемой ледяным ветром.

Ветер хлещет по щекам, по пальцам, сквозит под воротник и режет глаза. Быстро натягиваю на голову капюшон и застегиваю куртку. Железные перила обжигают ладони холодом. Я почти срываюсь, когда перепрыгиваю два пролёта вниз, не рискуя задерживаться ни на секунду. Меня трясёт. Не от холода - от страха, дикого, липкого, пронзающего кости.

Первый этаж…

Я срываюсь с пожарной лестницы, выпрыгиваю во двор… и замираю, затормозив, как вкопанная.

На огороженной детской площадке, прямо перед подъездом, стоит Сара. Несмотря на то, что я видела на камере, похоже, она даже и не думала заходить внутрь здания. Оперлась о качели и скучающе рассматривает ногти, будто дожидается выхода из маникюрного салона.