Книга Дотла твоя, страница 107 – Кейт Аддерли

— Что насчет досье, Стейс? Я настаиваю, чтобы ты изучила его. Вчиталась в каждое слово обо мне. Не заставляй меня снова и снова возвращаться к этому разговору.

— Я все тебе сказала. Какая разница, что было в прошлом? Разве это важно?

— Важно. – Тверд он.

У меня есть вопросы к Ригхану. Их много. Одни из самых волнующих:

1 Что на самом деле случилось с Дороти? Кто ее убил?

2 Почему Кайд оказался в психиатрической больнице?

3 Каковы будут его действия, когда я расскажу о грязных планах своего отца на наши с мужчиной отношения?

У нас все только зарождается. Уместно ли обсуждать серьезные темы на столь раннем этапе? В таких вопросах я чувствую себя ужасно маленькой. Тем ребенком, от которого так много требуют, а он в ступоре от происходящего. Я не говорю, что моя жизнь была какой-то беззаботной. Она была обычной, как у всех других детей. Однако сейчас существование набирает новые обременительные обороты. И я не думаю, что стоять в стороне – лучший из всех вариантов. Скорее мне придется выгрызать свое место под солнцем и бороться за право быть счастливой.

— Мы можем поговорить после моего дня рождения? Без участия досье?

Хочешь еще ненадолго продлить эффект сказочного мира в розовых очках?

— Я хочу спросить все напрямую.

Кайден не отвечает. Он не хочет вживую обсуждать свое прошлое, ведь так? Кажется, ему проще сунуть мне в лицо бумажки. Но так не пойдет, такой способ не удовлетворяет моим запросам. Я заставлю его говорить с собой.

— Прекрати курить.

Ригхан демонстративно подносит сигарету к губам и делает затяг. Выпускает дым. Еще одна порция веществ, сокращающих срок жизни. Псих! Он втаптывает мою просьбу грязным ботинком в сырую землю. Я злюсь, но стараюсь скрыть раздражение. Действую мягко: обнимаю его, трусь головой о его грудь и, приподнимаясь на носочки, покрываю поцелуями щетинистое лицо. Я подношу пальцы к его губам, вынимаю дурь. На что мужчина испускает вздох, выражающий раздражение.

— Мне не нравится, что ты убиваешь себя. И этот запах… Он противен, Кайд.

Делаю шаг назад. От воздуха, пропитанного сигаретами, становится дурно.

— Предлагаешь мне бросить?

— Отличная идея!

— Знаешь, как тяжело отказаться от того, к чему был привязан годами?

— Догадываюсь.

Ригхан становится ближе.

— Я не стану целоваться с тобой.

— Думаешь я стану спрашивать? Если что-то предлагаю, то из вежливости. Меня хорошо воспитали родители. Но взросление весло коррективы. Существенные. Именно поэтому я всегда делаю то, что хочу.

И он целует. Жадно, будто наш поцелуй прощальный.

— Хочешь переночевать здесь одна?

Мы так не договаривались. Я смотрю на часы. Половина второго. Ему нужно куда-то уйти?

— А ты?

Кайд подтверждает мои догадки:

— Появились дела.

— Тебя заждалась блондинка? – Я буду его упрекать за это.

У меня рана в сердце и психологическая травма от того, как он тем вечером целовал меня на своей кухне, а после драл другую. И мы это до сих пор не обсудили.

— Если бы… Есть работа посерьезнее, чем совершать поступательные движения.

— Какие же?

— Я не хочу посвящать тебя в свои… скажем так жизненные моменты. – Вуалирует слово «неприятности».

— Фостер будет с тобой?

— Почему он должен быть со мной?

— Он твой лучший друг. Его отец является одним из совладельцев твоей фирмы.