Книга Искушая судьбу, страница 99 – Сара Адам

— Успокойся, – звучит так, можно подумать перед ним неадекватная психичка, не умеющая себя контролировать. И в чём он не прав? – Нормально всё будет.

Стерев слёзы, я рассматриваю мафиози – и, естественно, замечаю, как напряжены мышцы его шеи. Вижу вздувшиеся жилы и сжатые челюсти.

— Идиот, тебе нельзя напрягаться! – мямлю скачущим от тремора голосом. – Поставь меня на землю!

Меня перестаёт волновать произошедшее ранее. Сейчас все переживания – лишь о его состоянии и возможных последствиях.

Шаг Грея постепенно становится тяжёлым, но, забив на своё состояние, он упорно тащит меня дальше.

— Ты же… ещё не восстановился!.. Пожалуйста!.. Поставь!..

— Не брыкайся, – произносит предупреждающим тоном. – Ада, твою мать!

— Не ори на меня! – выпаливаю в сердцах, как будто других проблем в эту минуту нет.

Моё сердце ухает вниз, когда его ноги подкашиваются, а затем Джон резко опускается на колени – прямо на промёрзшую землю. Мужская грудь заметно вздымается, дыхание становится тяжёлым, но, даже невзирая на это, он не отпускает меня.

— Дурак… – повторяю, не в силах сопротивляться очередной порции слёз. – Ты… дурак…

Вопреки оскорблениям и жгучей обиде, я не отстраняюсь – наоборот, сама жмусь к нему ещё сильнее и, обвив руками шею, утыкаюсь в неё носом.

Джон что-то говорит, но я не могу разобрать слов из-за собственных рыданий. Плачу навзрыд, как ненормальная, выплёскивая наружу всю накопившуюся боль и отчаяние.

Разочарование в себе.

Страх. Слабость.

Все чувства и ощущения закручиваются в единый водоворот и теперь выплёскиваются наружу. Меня рвёт на части от переизбытка тягостных эмоций.

Мы так и продолжаем находиться в одном положении, не двигаясь: Джон стоит на коленях, а я повисаю на нём. Единственное – мужская рука медленно гладит меня по спине. Успокаивающе и монотонно.

Так тепло и надёжно.

Как будто обещает, что больше такого не повторится. Что он не отпустит и не позволит упасть. Не подведёт.

Ох уж эта больная женская фантазия… Вечно она придумывает то, чего на самом деле нет.

— Что плохого я тебе сделала? – мычу, горько всхлипывая. – Зачем ты издеваешься надо мной?

На несколько минут воцаряется молчание. Слышно лишь моё позорное сопение.

— Не издевался я, Красивая. Помочь хотел, – уже решив, что не услышу ответа на свои вопросы, вдруг слышу голос Джона. – Как ты меня на ноги поставила, так и я тебя хотел. Только дерьмово получилось. Такой уж я человек – всё порчу.

От услышанного я зависаю, перевариваю поступившую информацию. Слова Джона на повторе крутятся в голове, без конца воспроизводятся, как заведённая шарманка.

Звучит по-идиотски, но услышанное приятно.

Невзирая на всю ту боль, что он мне причинил, всколыхнул давно забытое, содрал затянувшиеся корочки с раны – мне, чёрт подери, приятно! Что кто-то решил оживить похороненную внутри фигуристку. Вернуть на грёбанный лёд и заставить вспомнить, какого это – быть ею.

До сегодняшнего дня никто не посмел этого сделать. Ни Лилит, ни Алекс. Да, несомненно, были разговоры. Лил так особенно пыталась мягко меня приобщить, но всё это было на словах.

Среди всех один Джон пошёл в наступление и сделал огромный шаг. Пусть неудачный – но мафиози сделал попытку. Искренне и бескорыстно.

Раньше я не могла смотреть на коньки, а он заставил их надеть. Я боялась даже думать о том, что хоть ещё раз прокачусь по льду, а Джон поставил меня на него. Всего на пару мгновений – но этого оказалось достаточно, чтобы почувствовать себя прежней.