Книга В плену запрета, страница 124 – Сара Адам

Смотря на Князева в этот интимный момент, во мне что-то необъяснимо ломается. Нам нельзя быть вместе. Эти отношения или интрижка, называйте, как хотите - под запретом.

Мы в плену запрета.

А точнее я... Руслан не знает об оковах в лице Демьяна. И вряд ли узнает. Эта ночь – единственное, что у нас есть.

Между нами не будет любовной истории с развитием сложных отношений, где герои сквозь тернии находят собственное счастье. Только сегодня и сейчас. И надеюсь, мы оба это понимаем.

Бабник и невеста другого....

Даже если бы не существовало никакого Демьяна, обычная Лиза Астахова совсем не пара яркому ловеласу Руслану Князеву.

— С ума по тебе схожу, Лиз, — как будто прочитав мои мысли, добивает он. Всё происходит быстро, рвано, я не успеваю возразить. Руслан снимает с меня кофту, задержавшись взглядом на позорном и детском спортивном бюстгальтере, срывает и его. — Миленько, — ухмыляется, бросая непрошенный комментарий.

Ну ещё бы, перед ним сто процентов в роскошном белье щеголяют, а тут я непрезентабельная!

— Заткнись, — дерзко замахиваюсь в порыве ударить его по самодовольной роже. Сделать мне этого не позволяют. Рус перехватывает ладонь, целуя запястье. Он ведёт губами всё выше и выше, оставляя за собой приятные покалывания. Лёгкая щетина на мужском лице царапает нежную кожу, распаляя.

— Охренительные сиськи, — рычит, добираясь губами до ключицы и переключаясь на обнажённую грудь. — Вкусная, моя девочка.

«Моя девочка»...

Внутри меня собирается целая гамма чувств: от стеснения до растущего возбуждения, которое в разы усиливается, когда Князев обхватывает зубами сосок, оттягивая его. Словив вырвавшийся стон, он принимается ласкать оба полушария поочерёдно. Сжимает их в ладонях и втягивает губами вершинки, при этом довольно причмокивает. Горячие волны прокатываются по телу, стягиваясь невыносимой истомой внизу живота. Только с Русланом я испытываю подобное...

Не выдержав, запрокидываю голову, из горла против воли вырывается тягучий стон.

От изощрённых ласк в трусиках становится невыносимо влажно, хочется сжать колени, но сделать это не получится при всём желании, потому что я сижу верхом, а мои ноги по бокам от мужских бёдер.

Приняв всхлипывания за готовность к большему, Рус ловко перемещает меня на спину, нависая сверху.

— Что ты делаешь? — слегка приподнимаю голову, с волнением наблюдая, как он оставляет дорожку поцелуев на моём животе спускаясь всё ниже и ниже, и подцепляет резинку штанов.

Флешбэки того, как он агрессивно пытался раздеть меня в общежитии, не заставляют ждать долго, вспыхивая в памяти яркимиобразами.

— Хочу видеть тебя всю, — начинает стягивать одежду, захватывая и трусики, но я, словив панику, кладу свои трясущиеся ладони поверх, останавливая его. — Лиза, — хриплый голос звучит на грани. — Убери.

— Я... Я немного стесняюсь, — тяжело признаюсь, выдавив из себя правду.

— Стесняешься? — искреннее недоумение на его лице заставляет еле сдержать улыбку.

— Представляешь, существует такое чувство - стеснение. И люди могут его испытывать!..

— Лиза, ты кончала на моих пальцах. О чём речь вообще? — бьёт словами похлеще ремня. От его резонного замечания густо краснею до макушки, готовая провалиться сквозь землю.

— И вообще, почему ты раздеваешь меня, если сам всё ещё одет? — прикрываю грудь, хмурясь. Со стороны я, вероятно, похожа на капризного подростка.