Книга По тонкому льду, страница 41 – Сара Адам

Несмотря на то, что я превратилась, грубо говоря, в служанку для своего мужа, мне нравится смена обстановки. Эта двухэтажная квартира, я, говоря по секрету, даже не знала, что такие бывают, светлая и просторная. Здесь нет резких и давящих цветов в интерьере, как было в отцовском доме. Квартира состоит в основном из мягких, сдержанных и лаконичных цветов, которые не режут глаз.

Смотрю на книгу в руках и меня охватывает дикое желание изобразить героев, что я представляла в своей голове при прочтении на бумаге. В порыве быстрым шагом направляюсь к лестнице, хватаюсь за стеклянные перила и бегу наверх в спальню. У нас с Максимилианом общая комната, к которой прилегает собственная ванная и две гардеробные, но правда в том, что за весь месяц он ни разу не ночевал в квартире. Муж периодически находится в доме днём, а после ужина уезжает и возвращается только следующим утром к завтраку.

Да, это радует меня и одновременно задевает, хотя, по-хорошему, не должно. Нужно радоваться, что муж не прикасается ко мне и не принуждает к близости, но я почему-то каждый раз задаюсь вопросом, куда он едет. К другой женщине? Я не смею спрашивать, да и не имею на это права, ведь он до сих пор считает меня потаскухой, хоть и редко, но периодически напоминая о роли в этом доме. В целом Максимилиан держится на расстоянии, не приближаясь сам и не подпуская меня во всех смыслах этого слова. Мы как сожители, которые вынуждены делить общую жил площадь.

Поднявшись на второй этаж, пересекаю своеобразную зону отдыха с диванами и огромным домашним кинотеатром и вхожу в хозяйскую спальню. Первым делом кладу книгу на комод и открываю на странице, где выделен особо полюбившийся мне момент, когда главные герои поняли свои чувства друг к другу. Достаю из своего тайника в гардеробной белый листок бумаги с карандашом и возвращаюсь к раскрытой книге, стоя, склоняюсь над мебелью и начинаю рисовать, представляя, что герои, чью жизнь я пронесла через себя, стоят здесь, передо мной.

Не знаю, сколько времени проходит, но из своеобразного транса, в который я погружаюсь при рисовании, меня выводят замёрзшие ступни ног. Поджимаю пальцы, тру ногу о ногу, но это особо не помогает. Но я зараза упрямая и пока не заканчиваю рисунок, с места не двигаюсь. Только когда на меня смотрят глубоким взглядом мужчина и хрупкая девушка рядом, держащая его за руку, я удовлетворённо улыбаюсь. Смотрю ещё несколько секунд на влюблённую пару, а затем сворачиваю рисунок в трубочку и уношу в гардеробную, пряча к остальным нарисованным портретам.

Когда убираю книгу на полку, взгляд падает на наручные часы, показывающие три часа ночи! Быстро переодеваюсь в пижаму и ложусь спать, ведь завтра меня ожидает очередной день сурка. Рука машинально тянется за смартфоном, лежащим на прикроватной тумбочке, в последнее время я всё чаще замечаю за собой страх прикасаться к нему, потому что там в очередной раз, обязательно будет пропущенный вызов от отца и следом смс. Вот и сейчас на экране мобильного высвечивается три пропущенных звонка и два голосовых сообщения:

«Ты смеешь два дня не отвечаешь на мои звонки, Ариела?! – кричит отец. – Думаешь, я не достану тебя из Сиэтла? Ты забываешь, КТО Я!» – вздрагиваю от его тона. Когда отец разговаривал таким образом, следом обязательно были побои.