Книга По тонкому льду, страница 61 – Сара Адам

Настоящий сумбур творится в моей голове: переживания о том, сообщил ли Максимилиан отцу о новых правилах с телефоном? Что думают обо мне те ребята с пляжа – Аманда, Эш и Сэм? Что сделала с ними охрана моего разгневанного мужа? Могу ли я спросить у него об этом? Где моя сумочка с паспортом и деньгами Лэндона?..

Сделав слишком резкий глоток, я обжигаю язык горячим напитком, неуклюже ставлю стакан на барную стойку и случайно поворачиваю голову в сторону гостиной, когда соскакиваю со стула. Я хочу сполоснуть рот прохладной водой из холодильника для уменьшения боли во рту, но замираю на месте, позабыв обо всём на свете…

Мой взгляд прикован к деревяному мольберту, стоящему по центру гостиной между диваном и креслами. Холст, кисточки и краски стоят рядом на журнальном столике. Не веря, что это реальность, бросаюсь со всех ног, чтобы разглядеть предметы поближе. Как я могла их не заметить, когда шла на кухню?!

Как умалишённая, которая боится, что мираж исчезнет, неуверенно прикасаюсь рукой к мольберту, проводя пальцами по дереву. Неужели он для меня?

«А для кого же ещё, глупышка?»

Подхожу к столику, который заставлен целым набором масляных и акриловых красок, всевозможными кистями, палитрой, грунтовкой и многими другими атрибутами художника, с чем мне ещё придётся разбираться, ведь я всю жизнь рисовала только карандашом и понятия не имею, что делать со всем этим имуществом, свалившимся на меня с небес!

Боже, неужели Максимилиан не против моего увлечения?..

Не веря своему счастью, с упоением рассматриваю подарки, кручу в руках огромный холст, трогаю ворсинки кисточек, а затем с удвоенным рвением бросаюсь делать уборку в квартире, чтобы побыстрее закончить и приступить наконец-то к любимому делу в открытую. Не скрываясь и не прячась по углам! Вдохновение так и плещется внутри меня, когда вытираю пыль, а затем и мою полы по всему огромному пентхаусу.

Ужин я решаю приготовить пораньше, чтобы перед приходом Максимилиана у меня точно было всё готово, и я не отвлекалась от рисования в волнении, что мне же ещё ужин нужно сообразить. Можно по хорошему счёту подать ему вчерашнюю рыбу, но я так сильно благодарна мужчине за подарок и открытию дороги к делу моей мечты, что буквально порхаю по кухне готовя своё любимое блюдо – Жюльен.

К шести часам у меня всё готово, и я сажусь подробнее изучать краски, читая их состав и страну производителя, потом долго раздумываю, покрывать ли грунтом мольберт, и в итоге решаю этого не делать, потому что мне придётся ждать часов двенадцать перед тем, как он просохнет и можно будет начать рисовать. А я слишком нетерпеливая для этого, хочу рисовать здесь и сейчас! Никакого терпения за годы, проведённые в конспирации, не осталось.

Я никогда не рисовала красками на холсте поэтому с неким волнением выдавливаю краску на палитру и долго-долго на неё смотрю, гипнотизируя. То положу на стол, то опять беру в руки не решаясь. В итоге, не придумав ничего лучше, я разрисовываю весь холст чёрным цветом, как душа того требует и начинаю ждать, пока она высохнет. Тем временем взгляд то и дело падает на часы, ведь Максимилиан должен прибыть к ужину буквально сейчас.

Однако проходят минуты, затем полчаса, час, но его нет. Муж так и не приезжает домой. Целые сутки я нахожусь в квартире в одиночестве и если раньше меня бы это безумно радовало, то сейчас почему-то вызывает странное чувство одиночества и жжения в груди… Я ругаю себя и пытаюсь изгнать этого тирана из головы, заточившего меня в стенах квартиры, но почему-то плохо получается.