Книга Солнце в армейских ботинках, или Идем дорогой трудной…, страница 96 – Юлия Славачевская

— У меня его нет, — резковато отозвался Ингвар и ведь, собственно, не соврал ни на йоту, поскольку талисмана — перекрученной железки — на нынешний момент у него действительно не было.

— А почему в таком случае я его чувствую? — недоверчиво прищурился предводитель местных киртиан. Его чуткие ноздри затрепетали. — И мне это совсем не кажется…

Я решила: лучше пусть меня воспринимают грубой и невоспитанной солдафонкой, чем человеком со знанием киртианского языка и местного уклада. Блефовать так блефовать. Зато от меня не будут прятаться.

— В вашем возрасте такое бывает, — пришла я на помощь мужу, по каким–то своим соображениям не желающего посвящать всех присутствующих в свой брачный статус. — Нам на курсах психологии и выживания рассказывали об этой возрастной способности киртиан. Ничего страшного в этом нет. — С озорной усмешкой: — Хорошие таблетки, удачно подобранный курс лечения — и все обычно проходит…

— Кто твоя невоспитанная спутница, сын Тотоша, не признающий себя сыном? — поморщился седовласый. — Почему землянка так открыто и грубо влезает в разговор двух мужчин без надлежащего права и разрешения?

— Потому что мне чихать на это право? — хмыкнула я, лихорадочно вспоминая неучтенные или забытые мною подробности уклада жизни киртиан.

Слава богу, они не пустынники, нахальную бабу не убьют. О киртианах особо–то много вообще никто не знает. Закрытая планета, закрытая система. Отдельные представители появлялись вне родной планеты крайне редко и по очень важным делам, если не могли решить их сами, в своем закрытом от стороннего проникновения обществе. Или же к нам прилетали изгнанники, как Занг. Но тогда им была прямая дорога в армию, потому что по негласной договоренности их больше никуда не брали, а как бойцы киртиане проявили себя с самой лучшей стороны — причем, как мужчины, так и женщины. Жаль, до высоких званий почему–то не доживали, вот незадача. А так все цивильно и законно.

— И, простите за грубость, но и на ваше, блин, разрешение тоже начхать, если не сказать более откровенно.

— Моя напарница — Элли, — недовольно пробурчал То–от, кидая на меня предупреждающий взгляд. — И она не в курсе, что не должна говорить без разрешения старшего на планете.

— То–то, я смотрю, все молчат, — язвительно хмыкнула я, нимало не стесняясь закулисному выговору, — один только за всех языком чешет. Глас народа в действии, или остальные вообще говорить разучились?

— Приглашаю тебя в мой дом, сын Тотоша, не признающий родства! — торжественно выпрямился предводитель, полностью меня игнорируя. И вроде бы я не слышала, чтобы у них на планете процветал шовинизм. Хотя он у них тут не просто процветает, он цветет махровым цветом круглый год без скидок на погодные условия и климат.

— Благодарю, — чуть склонил гордую голову Ингвар, настороженно изучая присутствующих на предмет плохих намерений. Мне хотелось ему сказать, что когда гости неожиданно валятся прямо с неба и прямо на голову, то хороших намерений явно не вызывают.

Но промолчала из чувства самосохранения. Была, правда мысль, показать им всем изящные позы и озвучить лозунги, но не стала развращать нацию. Если им будет нужно, они и сами себя неплохо развратят. Дурное дело — не хитрое, а просто хитро закрученное в замысловатую позу. В которую нас, видимо, и собираются поставить.