Книга Моя нелюбимая, страница 75 – Татьяна Дин

Мистер Фейн достаточно долго молчал, немного щурясь то ли из-за плохого зрения, то ли размышляя над его предложением. Натан замер, надеясь услышать положительный для себя ответ.

— Боюсь, вам не удастся жениться на моей дочери, – спокойно ответил тот.

— Почему?! Насколько мне известно, мистер Гриффин больше не претендует на ее руку.

— Дело не в мистере Гриффине. Эмили здесь больше нет. Она уехала.

— Уехала? Куда?! Куда она уехала?!

Мистер Фейн покачал головой и пожал плечами.

— Я не могу вам этого сказать. Я обещал ей, что никому не расскажу, где она сейчас находится.

— Тогда напишите адрес на бумаге, этим вы сдержите слово.

— Нет. Я не могу так поступить.

— Хорошо. Тогда я немедленно отправляюсь на ее поиски! Я не отступлюсь от своего!

— Я вам, конечно, не могу ничего запретить. Здесь у меня связаны руки. Но как бы мне не хотелось это признавать, в ваших словах всё же есть разумные доводы. Обещайте, что если найдете Эмили, то никогда больше не обидите ее.

— Обещаю.

Натан быстро отдал ему честь и спешно покинул дом. Через час он уже ехал в Лондон, решив, что именно туда она отправилась. Все знали, что не было ничего проще, чем затеряться в столице, да и две ее сестры, Глория с Дебби, обосновались там.

Эмили бежала без оглядки. Она решила не возвращаться домой, так как именно там ее начнут искать в первую очередь. Сейчас она никого не хотела видеть. Обогнув библиотеку, прямиком направилась в сторону моря. Эмили не остановилась, пока не преодолела небольшой холм, а за ним и скалистый берег. Она спряталась за большим камнем и утирая льющиеся слезы, пыталась справиться с шоком.

Ей до сих пор не верилось, что она так и не вышла замуж, не обрела семью, не сменила статус старой девы на статус замужней дамы. Своим вмешательством Натан сделал всё это невозможным. Не имея никакого права, он влез в ее жизнь и решил за нее ее судьбу. Он устроил ей публичную порку. Теперь любой мог выразить ей свое презрение и обвинить в распутстве. Все будут знать, что за спиной жениха она пользовалась вниманием мистера Коулмана. Но что было ещё хуже, она не могла обвинить Натана в клевете. Он говорил чистую правду, и то что было тайным, он просто сделал явным. И если кто-нибудь в будущем решит осудить ее и не захочет с ней общаться, она не станет никого за это винить. Они имели полное право так с ней обращаться. А она заслужила подобное к себе отношение. Заслужила!

Но помимо знакомых и соседей, которых Эмили могла избегать, еще существовала ее семья. Вот им-то она будет обязана все объяснить и их осуждения она боялась больше всего. Что она скажет отцу с матерью? А сестрам? А их мужьям?! Захотят ли те остаться в их доме или будут считать, что раз в нем живёт развратная особа, им нужно как можно скорее увезти отсюда своих жен? От чувства безысходности, она обхватила руками валун и уткнувшись в него, заплакала во весь голос.

Когда слезы прошли, Эмили уставилась вдаль. Спокойное синее море помогало ей немного прийти в себя. Она взглянула на белую ткань своего платья, и ей вдруг стало казаться, что сейчас она выглядела смешно, словно надела то, что никогда не должна была надевать. Она зачерпнула в ладонь мокрый песок и размазала его на коленях. А потом сделала тоже самое, но уже на груди. Войдя в азарт, Эмили, как маленький ребенок, принялась вытирать о себя грязные руки. Изнутри вырывались громкие всхлипывания, похожие на истерический смех. Теперь она выглядела соответственно своей репутации. Вот такой она должна была идти в Церковь.