Книга Обманный бросок, страница 7 – Лиз Томфорд

Она останавливает меня, хватая за предплечье. Ее рука – бледная, усыпанная веснушками, – резко контрастирует с моей, загорелой, ведь я каждый день играю в бейсбол под открытым небом. Но прежде, чем я успеваю запомнить этот контраст, она мгновенно отстраняется.

— Если я собираюсь здесь работать, мне и так придется непросто. Я не могу начинать рабочие отношения с жалобы полевому менеджеру или владельцу команды. Я справлюсь с этим сама.

Она излучает независимость и решимость, и, хотя эта девушка, должно быть, не выше ста шестидесяти сантиметров, ее плечи гордо расправлены, что прибавляет ей роста.

Хорошо. Ей понадобится вся сила воли, чтобы работать с этим куском дерьма.

— Когда, – поправляю я. – Когдаты будешь здесь работать.

Она понимающе улыбается мне в ответ, и теперь мы оба храним секрет, известный только нам двоим.

— Ну, увидимся? – спрашивает она.

— О, я абсолютно уверен, что ты будешь часто меня видеть.

— Родез! – завернув за угол и увидев, что я стою перед женским туалетом, окликает меня Коди, наш первый бейсмен ^[3]. Он в форме, готов к командной фотосессии. – Вот ты где? Поторопись! Съемка начинается в пять, твоя форма – в шкафчике. Монти послал меня за тобой.

Сказав это, Коди удаляется в сторону клуба.

Я медленно поворачиваюсь к Кеннеди со своей самой невинной улыбкой. Ее и без того бледная кожа теперь кажется еще более бескровной.

— Ты игрок?

— Шорт-стоп, – подмигиваю я.

Ее поведение мгновенно меняется: от прежней улыбки не остается и следа. Я почти физически ощущаю, как воздух между нами становится ледяным. Кеннеди в шоке. Она смущена и слегка психует.

— Забудь этот разговор. – Кеннеди, не колеблясь, убегает прочь, и я уверен, что у нее в голове звучит предупреждение доктора Фредрика.

— Эй, Кенни! – кричу я, и она неохотно оборачивается. – Я ообещал позаботиться о том, чтобы другие парни не доставляли тебе хлопот, но ничего не говорил о себе. – Ее губы слегка приоткрываются, и я снова подмигиваю. – Увидимся, док!

— Где ты был? – спрашивает Трэвис, наш кетчер-новичок^[4], пока я стягиваю футболку через голову и бросаю джинсы в свой шкафчик. Мне нужно переодеться в новую форму, как и остальным игрокам команды.

Его шкафчик слева от моего, а у Коди – справа.

— Я был занят.

В верхней части шкафчика, скрытая от посторонних глаз, прикреплена скотчем фотография: я, мама и брат – и я большим пальцем стираю с нее пыль, когда кладу часы на одну из полок.

— Ага, – смеется Коди, указывая на раздевалку. – Занят вот этим.

Оставшись в одних боксерах, я поворачиваюсь и вижу Кеннеди, которая разговаривает с доктором Фредриком. Я наблюдаю, как он сжимает челюсти и раздувает ноздри, и понимаю: в этот самый момент она сообщает ему, что берется за эту работу.

Трэвис тихонько присвистывает:

— Симпатичная!

— И умная, – добавляю я, но не рассказываю о том, что мне известно, потому что Кеннеди попросила не делать этого, а мне нравится, что я знаю о новом тренере по легкой атлетике то, о чем не в курсе никто другой. – Эй, а какого цвета, по-твоему, у нее волосы?

— Рыжие, – просто отвечает Трэвис.

— Да ладно тебе, Трэв! Я же тебе говорил: описывай точнее.

Коди мгновение изучает ее.

— Я бы назвал этот цвет оберн ^[5]. Смесь теплого рыжего и землисто-коричневого, но в них также есть немного меди.