Книга Неуловимая подача, страница 136 – Лиз Томфорд

— Потому что он снова выглядит как прежний Эйс, тот, у которого улыбка не сходила с лица и который был просто счастлив и благодарен за то, что играет в бейсбол. Именно с такой версией я познакомилась в прошлом сезоне, до того, как он узнал о Максе и убедил себя, что плохо справляется с его воспитанием. Я могу тебе пообещать, что здесь нет ни одного человека, который не знает, почему он сегодня на седьмом небе от счастья.

Взглянув на часы, она спрыгивает со стола и продолжает приводить в порядок комнату для тренировок.

— Кроме того, ты дочь Монти. Ты можешь делать все что захочешь, и никто не посмеет возразить.

У меня в кармане звякает телефон.

Папочка-бейсболист:Эй, ты здесь? Не могла бы ты зайти и забрать Макса? Мне нужно собираться.

Соскальзывая со стола, я обнимаю Кеннеди за плечи.

— Спасибо, подруга.

Она хихикает.

— Не за что, подруга.

Я нахожу Кая и Макса возле здания клуба для посетителей. Кай уже разделся до компрессионных шорт, готовый к растяжке и тейпированию, надел контактные линзы и продолжает пальцами зачесывать назад спутанную вьющуюся массу волос.

Завидев, что я иду к ним по коридору, он расцветает улыбкой, но, когда меня замечает Макс, выражение лица Кая меняется на отцовское.

У меня перехватывает дыхание от этого зрелища. Оно меня смущает. Почему при виде этих двоих мое сердце начинает буквально кричать?

Я бегу по коридору, а подбежав, наклоняюсь, чтобы Макс угодил прямиком в мои распростертые объятия.

— А, вот я тебя и поймала! – прежде чем подхватить его на руки, я притворяюсь, что борюсь с ним и щекочу, чтобы услышать его смех. Я указываю на Кая. – Пожелай своему папе удачи.

— Папа!

Кай проводит рукой по голове сына, убирая с лица непослушные волосы, и целует его в лоб.

— Увидимся завтра, хорошо? Будь сегодня умничкой с Миллер. Я люблю тебя. – Макс утыкается мне в плечо, и я наблюдаю, как Кай прослеживает это движение с мягкой улыбкой на губах, переводя взгляд с Макса на меня и обратно. Затем он заправляет мои волосы за ухо, и я вижу, как он размышляет о том, прикоснуться ли губами к моему лбу, как он делал это со своим сыном.

Мы втроем, когда стоим так близко, очень похожи на семью, и он прикасается ко мне с вожделением. С любовью. Я начинаю кашлять и делаю шаг назад, чтобы прервать этот момент.

Мы всегда прикасались друг к другу. Это было легко, как будто мы говорили на другом языке, но теперь все по-другому. Кажется, что все имеет смысл, хотя на самом деле это не так.

Я поднимаю вверх большой палец.

— Удачи.

Вот так. Очень непринужденно. Отлично получилось.

— Ты только что показала мне большой палец?

Я делаю это снова, как будто это не самое глупое, что я когда-либо делала.

— Да.

— Меньше суток назад я был буквально внутри тебя, а ты показываешь мне большой палец?

На губах Кая появляется нахальная ухмылка, и я давлюсь слюной.

— Что ж, как я уже сказала, удачи тебе сегодня вечером. Надеюсь, ты получишь… золотую звезду питчера.

Он разражается смехом, в его улыбке столько радости. Кеннеди права. Сегодня он выглядит иначе. Ему легко. И очень, очень хорошо.

— Питчер с золотой звездой, да? – В его глазах пляшут искорки, я уверена, не иначе как от воспоминаний о прошлой ночи. И точно так же я не могу стереть с лица всезнающую улыбку, когда те же самые воспоминания посещают мой разум сегодня. – Спасибо за удачу, но она мне не нужна.