Книга Неуловимая подача, страница 30 – Лиз Томфорд

— Уверен, что так и было, просто… Извини.

Миллер смягчается, больше не пытаясь убежать, но теперь я чувствую себя жутким стариком, который стоит перед дверью и отказывается отпустить ее после своего рукоприкладства.

Я отодвигаюсь в сторону, давая ей пройти, и она молча подчиняется.

— Увидимся в Чикаго? – в отчаянии спрашиваю я, прежде чем она окончательно выходит за дверь.

Миллер на мгновение замирает, прежде чем обернуться.

— Кай, – выдыхает она. Ее голос звучит мягко, и по одному только тону я могу сказать, что мне не понравится ответ, который я сейчас получу. – Этим летом у меня много дел, из-за которых я слишком нервничаю. Я не могу справляться с твоим стрессом в придачу к своему собственному. Я считала, что смогу сделать это для своего отца, хотела сделать это ради него, но не думаю, что у нас что-то получится. – Она успокаивающе улыбается мне. – У тебя потрясающий ребенок. Ради вас обоих, я надеюсь, ты научишься отпускать поводья.

Проклятие.

У меня так много вопросов, которые я хочу задать. Из-за чего она нервничает? Что я могу сделать, чтобы она передумала?

И есть еще одна часть этого уравнения – Монти.

Боже, мой брат был прав. Я сварливый придурок, потому что кто еще мог все испортить? Монти был так добр ко мне и к моей семье, и все, чего он хотел, – это провести лето со своей дочерью.

И мой сын. Проклятие. Моему сыну она понравилась.

Сколько ночей я не спал, гадая, как на него повлияет то, что он вырос в мужской бейсбольной команде? Впервые за его короткую жизнь ему по-настоящему понравилась женщина, он почувствовал себя с ней комфортно, а я своей дурью ее отпугнул.

Я наблюдаю за тем, как Миллер уходит по коридору, смотрю, как она заходит в лифт, и не перестаю удивляться тому, что всего несколько часов назад я желал, чтобы она ушла, а теперь, когда это произошло, я отчаянно хочу, чтобы она осталась.

— Пап, не нужно стелить диван. Сегодня я буду спать в своем фургоне.

Наклонившись, чтобы дотянуться до пальцев ног, я разминаю спину, нуждаясь в отдыхе после двадцатичетырехчасовой поездки. Последнее, что я хочу делать после такого долгого сидения, – это спать на диване. Матрас в моем фургоне гораздо удобнее.

— Ты можешь занять мою кровать, – настаивает он.

— Я не буду спать на твоей кровати.

— И ты не будешь спать в своем фургоне в центре Чикаго.

Я смиренно вздыхаю.

— Может, разберемся с этим позже?

— Идет. Как прошла поездка?

— Хорошо. Легко.

— И как долго ты пробудешь в городе?

Я ждала подобного допроса, но, что бы я ни сказала, папа не станет слушать. Да, я согласилась приехать в Чикаго из Майами лишь для того, чтобы успокоить его, но мои первоначальные планы постепенно доехать до Западного побережья остались в силе. Большую часть времени он будет проводить на поле или в других городах во время игр, так какой мне смысл торчать в Чикаго, если я не поеду с ним, чтобы помочь с Максом?

Он расхаживает по кухне, доставая продукты, хотя знает, что через две минуты после начала готовки я все возьму на себя. Эммет Монтгомери великолепен во многих вещах, но приготовление пищи в это число не входит.

— Хочешь поговорить о том, что произошло прошлой ночью? – спрашивает он.

— Не-а.

— Ладно. Давай все равно об этом поговорим.

— Кай – это уже слишком, – быстро выпаливаю я. – У этого парня нет ни капли спокойствия.