Книга Неуловимая подача, страница 68 – Лиз Томфорд

Повернувшись, я смотрю на него.

— И где же ты был во время всех этих прогулок?

— В отеле с Максом.

— Но не сегодня.

Голубые глаза Кая за стеклами очков блуждают по моему лицу, прежде чем опуститься к моим губам.

— Нет. Не сегодня.

— Эйс! – выкрикивает один из парней, поднимая бокал, до краев наполненный янтарной жидкостью.

— Черт, – бормочет Кай, оглядываясь через мое плечо на бар. – Мне нельзя пить.

— Конечно. Уверена, в тридцать два года твоя старческая печень нипочем с этим не справится.

— Ты называешь меня старым или пытаешься подначить?

— И то и другое. – Я начинаю пятиться к бару. – Как-то вечером ты сказал мне, что в тебе есть задор. Я хочу это увидеть. Давай, папочка-бейсболист, пора найти вторую половину того баланса, который я тебе обещала, – веселье.

Он направляется ко мне вроде бы неторопливо, но его длинные ноги двигаются намного быстрее моих. Подцепив одним пальцем пояс моих джинсов, он не только не дает мне отодвинуться от него, но и притягивает меня к себе, пока моя грудь не прижимается к его груди.

О, я не сомневаюсь, что сегодняшний вечер обещает быть веселым.

Он облизывает нижнюю губу скользящим движением языка.

— О каком веселье мы здесь говорим?

Иисусе. Я пытаюсь держать себя в руках, правда, пытаюсь, но все, о чем я могу думать, – это как бы взобраться на его гигантское тело, как на дерево.

Он посмеивается над тем, как я застываю, убирает палец и за бедра разворачивает меня обратно к стойке.

— Давай, Миллс. Покажи мне, как пьет молодежь.

— Боже, да ты тридцатидвухлетний бумер^[49]?

— Чем и горжусь.

Когда мы подходим к бару и присоединяемся к его товарищам по команде, Трэвис занимает место рядом со мной, и я чувствую раздражение, исходящее от Кая, когда он встает позади меня.

Он еще не знает, что Трэвис успел сообщить мне в холле отеля, что ребята решили подразнить Кая сегодня вечером, не дав ему ни минуты побыть со мной наедине, и кто я такая, чтобы мешать сплочению команды, как бы странно это ни звучало.

— Кай, – окликает Исайя, показывая два стакана. Он вздыхает, но уходит, чтобы присоединиться к брату.

— Коричный виски. – Трэвис протягивает мне один из бокалов. При одной только мысли об этом меня пробирает дрожь. Я не притрагивалась к этому напитку с тех пор, как меня стошнило от него в мой двадцать первый день рождения. Но на губах Кая играет улыбка, в нем чувствуется легкость, когда он смеется вместе с братом, так что к черту все, на сегодня моим любимым напитком будет коричный виски.

Глоток выпивки обжигает, и мне требуется вся моя выдержка, чтобы не подавиться, но потом я замечаю, что Кай, опрокидывая стопку, смотрит прямо на меня, и я не хочу показывать ему, что страдаю. Есть только один вариант, когда я могу представить, что меня тошнит в присутствии Кая Родеза, и это, черт возьми, точно не от алкоголя.

Он делает шаг вперед и проводит большим пальцем по уголку моих губ, чтобы поймать каплю напитка.

— Ты в порядке? Всего минуту назад ты была так уверена в себе. Ты же не собираешься подавиться, правда?

Я пожимаю плечами.

— Надеюсь, позже.

Он качает головой – его обычное движение, когда я говорю что-то, что застает его врасплох.

— Ты заигрываешь со мной, Монтгомери?

— Кокетничаю с тех пор, как мы встретились. Собираешься флиртовать в ответ?