Книга Королевство иллюзий, страница 80 – Элина Градова

Я по своей неопытности предлагаю запрячь Орго, который бежит всю дорогу налегке сзади, но Пеппе мою идею разбивает,

— Верховой конь, не ведавший до ныне подобной упряжи, просто угробит повозку и нас вместе с ней, — так что Колетт снова приходится взять на себя самую тяжёлую работу. А мы, чтобы хоть как-то отвлечься от тяжёлых мыслей, заводим разговор,

— Скажите, как вышло, что такой опытный службист, я имею в виду Джакопо, остался не у дел? Почему ему пришлось изображать из себя инвалида — нахлебника в семье сына, когда ещё так много мог сделать при дворе? Уж, наверное, он бы не проворонил отравление короля? — не знаю, в курсе ли старик последних новостей, но что-то подсказывает, что он в теме. Пеппе, повздыхав, когда речь заходит о его покойном начальнике, кое на что раскрывает мои слепые глаза. Эх, выслушать бы Джакопо! Не пришлось бы теперь складывать картинку, подбирая недостающие паззлы,

— Если бы принсипале был жив, слова бы не сказал, а теперь, чего уж! — обречённо машет сухой ладонью старик, — мастер Джакопо был гением в своём роде, он создал целую агентурную сеть, собрал истинных талантов, организовал службу охраны короля таким образом, что она словно паутиной накрывала не только Саленсу, но и весь Абекур до самых границ, а может и за ними тоже. Его деятельность простиралась далеко за пределы обязанностей, став истинной контрразведкой. Но я могу лишь предполагать масштабы. Большее мне неведомо, да и никому не ведомо, всё знал только принсипале. Успел ли сыну передать? Не знаю. Эх, были времена! Ничего подобного не могло случиться, пока Джакопо управлял королевской охраной. Но между ним и Его Величеством вышел конфликт, в результате которого, мастеру пришлось уйти на покой. Полагаю, принсипале дали хорошее пожизненное содержание из королевской казны, как и подобает чинам такого уровня, но больше в его услугах король не нуждался.

— Из-за чего они поссорились?

— Джакопо, — впервые Пеппе называет шефа только по имени, и я понимаю почему, когда он повествует дальше, — по молодости, да и в зрелости был очень хорош собой, ну Вы сами видели. Пользовался большим успехом у женщин, ну вот кто-то и нашептал Его Величеству, что у них с тогдашней королевой Констанс — матерью Его Высочества, вроде как роман. Но это не правда, — горячо заступается за покойного шефа, — Джакопо всегда чётко разделял службу и личное, и уж, тем более, не покушался на честь Её Величества! Он всегда был верен королю!

— Интересно, какая же собака накляузничала на Джакопо? Он же мог разобраться! При его-то талантах!

— Мог, но не стал, а если и имел подозрения, то оставил их при себе, — вздыхает старик, — к тому же королева вскоре умерла.

— Час от часу не легче! С горя, что ли? Или её Ригондо задушил, как Отелло Дездемону из ревности?

— Про Дездемон с Отеллами я ничего не знаю, — отмахивается Пеппе, я и забыла, что Шекспир им тут неизвестен, — но Констанс никто не душил, хотя, причина смерти так и осталась загадкой.

— А, как же вы все — агенты принсипале сохранились?

— Мастер Джакопо сказал, что если наши знания и верность не нужны королю, то родине нужны всегда. Объекты вроде моего были законсервированы, агенты, уйдя на покой, изображали простых горожан или крестьян и продолжали ждать приказа, и до сих пор продолжают… — Пеппе, всё-таки, не удерживается и утирает рукавом рубахи слёзы. Я в темноте их не вижу, но уверена, он плачет, и невольно начинаю шмыгать в унисон с ним…