Книга Назову себя шпионом, страница 155 – Евгений Таганов

Грохочущий кондиционер в номере отеля подвиг заменить его мокрой простыней, которой они укрывались. Кормежка также оставляла желать лучшего. Зато пляж, море, пальмы! — все это тоже было с ними и при них. В конце Вера призналась, что здесь ей понравилось даже больше, чем на Кипре. Он был этому только рад. Накануне отъезда их нашел тот мускулистый мулат, что отвозил их к «тете Аните», и незаметно для Веры и окружающих передал Алексу капсулу с ответной микропленкой, которую уже сам Копылов всунул во флакон с кремом от загара.

При вылете на Кубу из Пулково шел нормальный осенний дождь, две недели спустя их встречал уже снегопад. В зале прилета увидели Сенюкова с Ларой.

— А Хазин с Евой где? — удивился Алекс такому отступлению от протокола.

— Они в больнице.

— А что такое?

— Жору подстрелили, а Ева там возле него.

— Как подстрелили! Кто? — Воображение немедленно выстроило Алексу шеренгу бандюганов и даже ревнивого папика дивы Инны.

— Какая-то девица. Из Москвы.

— Неужели, как ее… Анюта? — вспомнил он имя московской пассии Хазина.

— Да нет, совсем другое имя.

Пока добирались до больницы, Лара рассказала более подробно. Вчера часа в три к «Биреме» на дорогой красной «тойоте» с московскими номерами подъехала какая-то фифа с надменной губой и оранжевыми волосами — и прямиком в редакцию. Жорка еще из универа не явился, сама Лара гоняла чаи наверху в Клубе. На вопрос портье, по какому делу, фифа коротко сказала: ей нужен редактор «Светлобеса». «Можете подождать здесь в фойе». В четыре прибыл Хазин, прошел с оранжевой гостьей в редакцию — и через две минуты прозвучали выстрелы. Лара и гопник Родя, базарившие между собой на ресепшене, кинулись туда. Фифа уже выходила из редакции, что-то пряча в сумочку. Лара первой увидела свалившегося на пол Жорку с темными пятнами на рубашке и крикнула Роде: «Держи ее!» Тот схватил фифу за руку, она стала вырываться и выхватила из сумочки «макарыча». Родя оказался ловчее и выбил у нее пистолет. Фифа дралась как деревенская кошка и справиться с ней удалось лишь с помощью прибежавшей с шокером Евы. Тут же вызвали «скорую» и милицию. Обыскав фифу, нашли в ее сумочке паспорт и водительские права, которые до приезда милиции Ева еще успела отксерить в кабинете у Софочки. Вчера же Хазину сделали операцию: извлекли две пули из легкого. Ничего летального, но состояние тяжелое.

Вера с квадратными глазами тоже внимательно слушала, но, к чести невесты бандитского консильери, лишь раз промолвила «Ужас какой» и только.

Алекс набрал телефон Евы.

«Да жив, жив твой обормот. Остальное не по телефону», — ответила Трехмужняя.

Набрал и Стаса.

«Что за дурацкая манера хватать пули на ерунде!» — капитан был не менее зол.

Вчетвером в палату Хазина их не впустили. Алекс прошел один. Палата была одноместной, даже с персональным санузлом. Ева сидела на стуле и в лучшей своей манере отчитывала лежащего на койке бледнолицего Жорку с перевязанной грудью. Редкий случай: шифроваться совсем не было необходимости, а говори все как есть.

— Кто? — выдохнул Алекс, уразумев, что его страхи были чрезмерны.

— Фаина Каплан, кто еще? — часть гнева Ева досталось и Копылову.

— Он не знает, кто такая Фаина Каплан. Нормально сказать не можешь? — буркнул Жорка.