Книга Назову себя шпионом, страница 169 – Евгений Таганов

— Ты уходишь? — обидчиво спросила она, возвращаясь в спальню.

— В мир танца, причем вместе с тобой. Что у тебя есть легкого и свободного? Впрочем, можешь и голышом — я не возражаю.

— Какие танцы! Я вся разбитая. Что за фантазии посреди ночи!

— Женщин жалеть — только портить! — Он решительно потянул ее в гостиную, где вставил в видик диск «Школа рок-н-ролла», за которым гонялся целый месяц.

— Что это? — изумленно округлила глаза Вера, едва зазвучала бешеная мелодия и красивая пара на экране принялась показывать высший танцевальный класс.

— Очередной этап твоей инициации. За полтора месяца должна освоить, чтобы на Новый год сразить «Бирему» наповал.

— Я? А ты сам такое умеешь?

— С хорошей партнершей и дурак умеет.

— Давай завтра начнем, — заканючила она.

— Никаких завтра! Или откладываем инициацию до следующего Нового года.

Он принес из спальни четверо плечиков с ее платьями. Вере не оставалось ничего, как подчиниться и выбрать что полегче.

Повторять движения по картинке с экрана было полной лажей, зато в руках мастера самое то.

— Раз, раз, раз! — снова и снова показывал он, сначала медленней, потом быстрей, потом еще быстрей.

— Я не могу! У меня не получается! Ты издеваешься! — пищала она, но делала, повторяла, копировала.

Через полчаса соседи застучали по батарее, и они сделали звук потише, но чуть погодя застучали снова, и первый урок был закончен.

— Ну что ты за гад такой! — возмущалась Вера, по новой собираясь в ванную. — Каждый раз подсовываешь мне себя в новом обличье. Сколько мне от тебя еще ждать таких неожиданностей? Какой будет моя финальная инициация?

— Простое жертвоприношение, ничего больше. Вот только еще не знаю — с помощью ножа или пистолета. Чем ты лучше владеешь?

— А кого? Твоего заклятого врага?

— Еще чего? С заклятым любая школьница справится. Я же сказал жертвоприношение, а не мочилово, значит, жертва должна быть невиновной.

— Но ты же шутишь?! Точно шутишь??

— Так с ножом или с пистолетом, что выберешь? — улыбаясь, дожимал он.

— Ну тебя к черту с твоими шутками! Одна мыться буду! — дверь ванной захлопнулась прямо перед его носом.

«Он уже совсем с катушек слетел, — сам с собой рассуждал шестью этажами ниже Стас, снимая наушники. — Когда же девочку наконец-то прорвет?» О том, что любой бред насчет Алекса непременно потом сбывается, он всеми силами старался не думать.

Слова Копылова о двух миллионах баксов разъедали лукачцев почище проигранного мордобоя. И когда две недели спустя Савелу-Ёжика отправили на повторную операцию колена в Германию, ситуация и вовсе приняла пародийный характер. В «Биреме» в качестве переговорщика снова появился Забара:

— Ты говорил, что оплатишь лечение Савелы. Ну так за базар надо отвечать.

— И отвечу. Давай смету расходов.

Через день Забара привез и смету. В нее входила не только операция в Германии, но и недельное проживание там троих братков и подруги Ёжика.

— Операцию оплачу, а турпоездку подтанцовки нет, — сказал, как отрезал, Алекс. И выделил аванс в шесть тысяч тугриков, пообещав все остальное заплатить после предоставленного из берлинской больницы окончательного счета. По факту это походило на чисто рэкетирскую дань, но по сути на некую шефскую матпомощь, что рано или поздно должно было дойти до мозжечка подручных Савелы-Ёжика.