Книга Тень над музеем, страница 8 – Кирилл Сафонкин

— Добрый день. Я по поводу сигнализации музея, – сказала Анна, показывая удостоверение частного детектива.

— Музей… – Мужчина нахмурился. – Давненько к нам никто оттуда не обращался.

— Вы обслуживаете их систему?

— Теоретически, да. Договор старый. Мы ставили сигнализацию ещё лет десять назад. Потом приходили пару раз для ремонта. Последний вызов был… – Он пролистал журнал. – Весной прошлого года. Поменяли блок питания и ушли.

— С тех пор – ничего?

— Нет. Они не платят за обслуживание регулярно. Говорили, что денег нет.

— Система рабочая?

Мужчина пожал плечами:

— Формально – да. Но если питание падает или датчики умерли, пока не вызовут, никто не поедет.

Анна показала фото потрескавшегося датчика:

— Узнаёте модель?

— Ох… это старьё. Чувствительные элементы дохнут за пару лет, если их не менять.

— То есть она могла не работать годами?

— Запросто.

Анна поблагодарила и записала контакты. Очевидно, сигнализация музея – мёртвая фикция. Возвращаясь в центр, она заметила, что за ней кто-то едет. Серый «Логан» медленно держался позади, потом сворачивал, когда сворачивала она. Анна проверила пару раз: случайность или слежка? Но после третьего поворота машина исчезла. Всё равно осадок остался.

В музее Марина встретила её тревожным взглядом.

— Вам звонили? – спросила Анна прямо.

Директор побледнела:

— Откуда вы…?

— Мне тоже звонили. Сказали – не соваться.

Марина сжала губы:

— Мне звонили вчера вечером. Мужчина сказал… «закрыть дело, иначе пожалеете». Я пыталась не придавать значения, но теперь… – Она опустила глаза. – Полиция бы только посмеялась.

— Кто-то явно следит за расследованием, – тихо сказала Анна. – И знает, что мы работаем вместе.

Марина кивнула, стараясь держаться, но руки её дрожали. Артём, напротив, выглядел раздражённым. Он встретил Анну в фондах:

— Вы собираетесь сделать из меня козла отпущения?

— Я ищу того, кто мог взять брошь, – спокойно ответила Анна. – Вы – последний, кто видел её.

— Так всегда! – сорвался он. – Все думают, что я вор, потому что я… невнимательный. Да, я забываю ключи, путаю записи. Но я здесь десять лет и ни разу не брал чужого!

— Тогда помогите найти, кто мог. Кто заходил в фонды без вас?

— Никто… – Он осёкся. – Хотя… иногда Вера просит открыть, если нужно реставрировать. Илья пару раз заглядывал, когда мы делали экскурсию для журналистов. Но это всегда при мне.

— Вера могла подделать ключ?

— Не знаю. Она многое умеет. – Он смял бумагу в руках. – Но она… она здесь с основания. Без неё музей бы рухнул.

Анна записала: Артём боится Веру, но и уважает. Вечером она решила поговорить с Верой ещё раз. Застала её в мастерской за реставрацией старой карты.

— Вы давно знаете Марину? – спросила Анна, будто, между прочим.

— С момента её назначения. Она из другого города, музей ей достался как чемодан без ручки. Хотела реформировать – но быстро поняла, что тут всё по-другому.

— По-другому?

Вера задумалась, потом тихо сказала:

— Тут есть вещи, которые лучше не трогать. В фондах полно артефактов без документов. Приносят, забирают… иногда просто исчезают. Старые схемы. Когда-то музей был местом, где прятали или перепродавали ценности. Потом всё стихло, но корни остались. Марина хотела порядок – и получила врагов.

— Кто эти враги?

— Я не спрашиваю. И вам не советую.