Книга Норка для Норы, страница 113 – Татьяна Нильсен

— Мой муж давно стал для меня чужим, особенно после того, как мы отправили сына в Англию. Наши жизни пошли параллельно друг другу, без пересечений. Свешников изменял, как распутный кобель. Он мог приехать ко мне в салон, цапнуть шубку из баргузинского соболя или манто из стриженой норки и подарить очередной шлюхе. А мне рассказывать, что это нужно для налаживания деловых связей или для жены партнёра. Хотя, справедливости ради скажу, что деньги он всё-таки отдавал без процентов, конечно, но закупочную стоимость возмещал. Бывало, не ночевал дома, возвращался с запахом чужих духов. Моё терпение лопнуло, когда произошла эта авария, и он потерял зрение и слух. Нашлись «добрые люди», которые с удовольствием поведали, при каких обстоятельствах это произошло. Пришлось взять свою обиду в кулак и, не показывая вида, подавать таблетки, заправлять постель и дежурить у кровати, но я уже решила, что оставлю ему жизнь инвалидную, но пущу по миру. Вот тогда я познакомилась с Димой Самойловым, с мужем той шлюшки, которая трахалась со Свешниковым и погибла, не успев надеть трусы. Самойлов был обыкновенным лопухом, но очень умным и циничным лопухом. Это он натолкнул меня на мысль, как вывести деньги из России. Как-то мы сидели в ресторане, и я сказала, что всё смахивает на дешёвую мелодраму, мой муж был любовником его жены, а сейчас я любовница мужа любовницы, – Элеонора громко захохотала. – С ума сойти от таких перипетий. А он мне так спокойно предлагает

— «Чтобы тебя не смущала эта ситуация, ты думай, что мстишь мужу за измену. Ему сейчас хоть кого подсунь. Он всё равно ничего не видит, и подписать может любой документ, если его убедить в этом».

Вот тогда я придумала, как использовать его слепоту в своих целях. Ещё до аварии муж втянулся в авантюру с разведением викуний, и тогда стало ясно, что рано или поздно банк за долги заберёт ферму. А тут ещё эта парочка обосновалась в доме под видом сердобольных помощников – сибирский валенок Вася и профурсетка Софья. Они по-хозяйски чувствовали себя в моём присутствии. Совершенно ничего не стеснялись. Васька втихаря хлестал коньяк Сергея и курил его сигареты. Софья всё что-то вынюхивала и подставляла свой зад под руки слепого Свешникова. Вот тогда созрел план. Надо было забрать всё возможное, пока этот инвалид не профукал последнее. Драгоценности я забрала из сейфа, когда муж ещё находился в больнице, а потом собрала чемодан с необходимыми вещами и уехала из дома.

— Вот тогда вы переехали к Анастасии. Знали, что ни у кого нет её нового адреса, и там вас искать не будут, – Иса так увлёкся интригующим сюжетом, что даже на время забыл о том, что находится в опасности. – Но как она пошла с вами на контакт после того, что с ней произошло?

— Да вот так и пошла, побежала вприпрыжку. А знаете, что я ей предложила? Ни много ни мало, свой бизнес! Я сказала, что хочу развестись с мужем и уехать за границу, а ей предлагаю стать управляющей в салоне. Теперь она будет заниматься закупкой товара в Греции, и доставлять в магазин. Посулила ей пятьдесят процентов с прибыли, а вторую часть она должна переводить мне на банковский счёт. Если бы я пообещала больший процент, Настя могла заподозрить неладное. А так эта наивная дура с радостью согласилась! Возможность процветать на готовом бизнесе, не вкладывая ни копейки и получать большие прибыли затуманили ей мозги. Она даже не задала ни одного вопроса, касающегося бухгалтерии, качества меха, модных брендов. Эта идиотка думала, что это до безобразия просто, как-будто торговать лифчиками на базаре – купил за рубль, а продал за два. И под видом того, что я должна свести её с поставщиками товара мы отправились в Грецию. Было легко убедить её покрасить волосы в тёмный цвет. Я предупредила, что русскую, да ещё и блондинку, греки будут воспринимать, как проститутку и это может помешать деловым связям, – Элеонора усмехнулась. – Она верила во всё, что я плела. Когда прилетели в Афины, я ей сказала, что сначала займёмся делами, а потом отправимся в гостиницу. На общественном транспорте добрались до первого, многолюдного, торгового центра – в толпе нас никто не заметил и не запомнил. Я её оставила там, а сама заселилась в отеле, села на арендованный автомобиль и забрала Настю из центра. Через пару часов мы остановились у заброшенной стройки. Я заприметила этот недострой давно, как раз по дороге на меховую фабрику. Пришлось сочинять на ходу. Я ей травила небылицы, что мол оттуда самый прекрасный вид на море и город, – женщина замолчала, вероятно вспоминая события того вечера, но ни капли сожаления или сочувствия не мелькнуло в её глазах, только показалась тонкая, змеиная улыбка. – Это было последнее, что она видела. Я надела на неё свои украшения, бросила рядом сумку с документами и личными вещами, вернулась в отель и обесцветила волосы. Утром забрала с фабрики товар и вернулась в Санкт-Петербург. Только позже вспомнила, что порвала браслет Анастасии, когда цепляла свои золотые украшения, но впопыхах забыла подобрать. Я не переживала, что греческая полиция обнаружит эту безделицу и свяжет её со мной, подумают, то кто-то из строителей обронил. А они вообще ничего не нашли, только то, что лежало у них перед носом. Однако твои действия не давали покоя, я боялась, что рано или поздно ты доберёшься до истины. И пришлось последить за тобой. Я только хотела убедиться, что ты оставил это дело. Но ты не угомонилс и попёрся на эту чёртову стройку. Мне надо было и тебя успокоить навсегда в этом отеле, но я поторопилась, не довела дело до конца!