Книга Чарующая бесполезность, страница 115 – Татьяна Нильсен

За всё время в лице Родиона не произошло никаких перемен. Полицейские переглянулись. Вдруг в кармане Рафика задребезжал телефон, глянув на номер он вышел из кабинета, а Шапошников продолжил повествование:

— Наверное первый раз убивать человека было страшно, однако потом в руках появилась сила, и уверенность в душе— ведь вы вершили правосудие! Мы долго ломали голову, каким образом вы исчезали с рабочего места, но через камеры видеонаблюдения, которые находятся в холле здания, удалось выяснить, что всё проще пареной репы. Компания располагается на трёх этажах здания, и вы по надобности можете перемещаться в любой из отделов включая буфет и туалет. Вы специально сделали вид, что потеряли электронную карточку, знали, что на её изготовление необходимо время, хотели чтобы охрана забирала паспорт и точно фиксировала в журнале появление и уход со службы. Вы, вероятно, когда-то очень внимательно смотрели фильм «Парохиндиада или бег на месте», где главный герой оставляет на спинке стула свой пиджак и уходит на целый день, а все сотрудники института, в котором он трудится абсолютно уверены, что он вышел на пару минут и вот-вот вернётся. В большом кабинете, где среди многих других находится и ваша ячейка со столом, стулом, компьютером, корзинкой для мусора, просто ставите на стол стаканчик с кофе и кладёте ключи от машины, а на спинку стула одеваете свою куртку. Любой ваш коллега, заглянув решит, что вы неподалёку. Скорее всего из внутреннего кармана куртки торчит ваш бумажник. Пусть в нём ничего нет, но коллеги уверены, что без денег вы уж точно дальше туалета не уйдёте, даже в буфете искать не имеет смысла. А в это время в служебном помещении, где уборщицы хранят свой инвентарь, вы преобразовываетесь в женщину и выходите на улицу минуя охрану, ведь в главную задачу входит внимательно проверять входящих. Через несколько часов возвращаетесь по временному пропуску, проделываете свои манипуляции в обратном направлении и возвращаетесь на рабочее место. Вас не волнует, что кто-то может изобличить эти манипуляции — во первых: в служебное помещение никто не войдёт, потому что технички появляются на работе после пяти вечера, когда служащие уходят домой; во вторых: вы уверены, что никто вас в образе женщины не узнает и что служба охраны не отслеживает движение временных пропусков. Как видите здесь, в этой истории всё понятно, не ясно лишь одно— что пошло не так в ваших планах с Гульбанкиным?

Караваев молчал. Шапошников на него не смотрел, а что-то чиркал в своём блокноте. По большому счёту ему всё стало ясно два часа тому назад и от того что скажет или не скажет Родион ничего не изменится. Однако тот собрался с мыслями, вывернул от себя сцепленные кисти рук, хрустнул суставами и глубоко вздохнул.

— Тогда он равнодушно наблюдал за происходящим. Стоял, пил кофе, в то время, когда я катался у них в ногах, умолял и плакал. Он ничего не сделал, а мог. Тогда я решил, что каждый из них ответит именно за то, что совершил, а Гульбанкин понесёт наказание. — Караваев горько ухмыльнулся. — Этакий эстет, любитель японской культуры! Эдуард Аркадьевич сразу догадался, что убийца это я, и он решил, что я приду и за ним, сидел трясся. А для него я приготовил другую роль— он должен был сгнить в тюрьме за преступления, которых не совершал. Для него деревья и душевный покой важнее, чем люди.