Книга Смертельный вояж, страница 42 – Татьяна Нильсен

«Начало девятнадцатого века Франция, а стоимость измеряется многочисленными нулями».

На этом барство и заканчилось. Скорее всего, мебель досталась по наследству, а не от желания коллекционировать антиквариат. От созерцания полицейский перешёл к делу, опустив почти все подробности, сказал только, что её сына обвиняют в нескольких убийствах на территории Турции. Женщина испуганно заморгала глазами, когда услышала причину визита и жестом пригласила на кухню. Вдруг всхлипнула, запричитала, потом суетливыми руками начала набирать номер на телефоне снова и снова. И трубка постоянно отвечала, что абонент находится вне зоны действия сети. Безнадёжно разведя руками, женщина поведала о том, что муж – профессор находится в одной из стран ближнего зарубежья, на каком-то ответственном симпозиуме и приедет только завтра после обеда. Она горестно посетовала, что без супруга не может принять какие-либо решения. Петренко разволновалась и произнесла срывающимся голосом:

— Я просто не знаю, что надо делать в таких случаях! Никогда не думала, что доживу до такого момента!

Она в отчаянии заломила кисти рук и заплакала без стеснения и кокетства, не вытирая слёзы и горюя о том, что она мать не в силах помочь своему родному единственному сыну. Илья Ильич старался успокоить её:

— Прошу, вы не должны так убиваться! Этим делом занимаются полицейские двух стран, и если ваш сын не виновен, то он вернётся невредимым. Но вы должны помочь мне. Расскажите о сыне, о его друзьях, как часто он уезжает из дома?

Они долго сидели за красиво накрытым столом, разговаривали и пили чай, словно давным-давно знали друг друга. За разговором Петренко немного успокоилась. Хозяйка оказалась знатной говоруньей, и Захарченко всё время направлял тему в интересующее его русло. Петренко младший рос в интеллигентной и благополучной семье. Родители давали свободу, но мягко старались направить чадо на усиленное обучение в сторону биологии, так сказать, чтобы образовалась учёная династия. Но сыну нравилось всё что угодно – спорт, рисование, математика, литература, но только не химия и биология. А особенно легко давались иностранные языки. Рос парнем свободолюбивым, терпеть не мог никакого давления и контроля, поэтому родители отказались от вмешательства в его личную жизнь. Этот аспект в воспитании считался принципиальным. По мнению родителей, каждый должен выбирать собственный путь. Они наблюдали за сыном и жутко волновались за то, чтобы от этой свободы его не потянуло к наркотикам, к игре и алкоголю. Но эти пагубные страсти до сих пор миновали их сына. И поэтому мать сидела раздавленной, разбитой и шокированной от информации о том, в каких преступлениях обвиняют их, во всех смыслах положительного мальчика! Насколько она знает, у них нет близких и дальних родственников, которые имели бы психические заболевания. В детстве мальчик трепетно относился к животным, а родители не препятствовали его увлечениям. Несмотря на жилищные условия, в квартире проживал целый зоопарк, состоящий из хомячков, черепах, пуделя и двух кошек. Одноклассники его любили и хотели с ним дружить за лёгкий характер, за то, что никогда не жадничал и всегда имел карманные деньги. Нет, нет, они – родители не баловали его, но и не ущемляли. Это вроде как метод воспитания – ребёнок имеет доступ ко всему, но должен сделать правильный выбор под чутким и незаметным контролем родителей. Когда парень окончил школу, то идти по стопам отца отказался наотрез, но и с профессией окончательно не определился. Отправился на курсы шоферов, а затем в Армию, хотя отец мог решить вопрос освобождения от службы одним телефонным звонком. Потом иностранный легион, через пять лет вернулся, и жил на два дома, то с родителями, то в холостяцкой квартире, которую ему по наследству оставила бабушка. Одно омрачает существование родителей, это мысли о том, что у сына, мягко говоря, легкомысленная работа, и он не имеет постоянной девушки. Появлялись разные, и мать видела их, когда приходила к нему навести порядок или приготовить еду. Но Костик никогда не знакомил родителей со своими дамами. Он бесцеремонно выпроваживал непрошеных гостей, как только слышал, что мать зазвенела ключами в замке. А в последнее время перестали появляться и женщины.