Книга Зелье забвения, страница 74 – Татьяна Нильсен

— Вы нашли какие-нибудь бумаги, фотографии, документы?

— Нет. Только то, что я вам сказала. И записка на полу, что, мол, уезжаю к дочери, спасибо за всё и так далее.

— Странно, почему записка лежала на полу?

— Ничего странного. Балконная дверь была открыта, и вероятно сквозняком бумажный лист снесло на пол. Поэтому не сразу сообразили, что постоялец больше не вернётся. Все вещи обслуга отнесла в склад. И если в ближайшее время дочь их не заберёт хотя, что там забирать, только старые, ношеные вещи, чемодан отправится на помойку.

— Я могу прочитать записку?

Директор пансионата замялась:

— В свете последних событий, может, будет лучше с полицией?

— О да! Вы правы, так будет лучше, – безропотно согласилась Лариса. – И ещё я хочу попросить оставить этот разговор в тайне. Многое из того, что я вам рассказала, лишь предположения.

А тем временем в палату, в которой лежал Иса, заглянул его друг Алексис. Полицейский не хотел будить товарища. Прикинул, если больной спит, тихонько пройдёт на цыпочках, оставит гостинцы, а разговор составит позднее. Но как только скрипнула дверь, Иса открыл глаза и расплылся в улыбке.

— Ну, наконец-то, а я всё жду, когда ты появишься, – слабым голосом прошелестел адвокат.

— Привет раненый боец. К тебе так просто не подобраться. Твоя Лариса, как Цербер на страже покоя. Вот тебе фрукты, орехи и мёд. А теперь рассказывай, кто и за что хотел тебя убить.

— Я не знаю. Дела последнее время я вёл простые – два развода, один бизнесмен обратился, чтобы неустойку получить у судоходной компании, за порчу груза, пожилая женщина решила отсудить у взрослого сына пожизненное содержание, да всё это ерунда, мелочи. Только одно на ум приходит, это запутанное дело Дракопоулоса.

— Да что ты привязался к этому Дракопоулосу, что ты всё там роешь? Нет никакого криминала. Вдова спокойно тратит наследство в Европе. Она как уехала месяц назад, так и не появлялась здесь. Кому ты нужен, чтобы покушаться на тебя? Лучше вспомни, может кто-то из твоих бывших клиентов освободился?

— Ты знаешь, я почти не занимаюсь криминальными делами. А свидетели видели что-нибудь? Народу в этот день много было, лавочники, торговцы.

— Никто ничего толком не видел, допросили всех возможных свидетелей. Несколько человек заметили высокого мужика в бейсольной кепке и в очках. А ты может, обратил внимание на что-то странное, необычное? Кто находился рядом в тот момент, когда на тебя покушались?

— Да людей вокруг топталось полно! Праздник! Лариса, конечно всегда рядом, а ткнул он меня, когда находился сзади, всё произошло очень быстро. Одно могу сказать, что это сделал правша.

— Это я и без тебя знаю. Орудия мы не нашли, перерыли все помойки и мусорки вокруг. Вероятно, он заточку унёс с собой. И знаешь, что я скажу тебе, если бы не это покушение, то я бы подумал, что у тебя развивается паранойя.

— Есть какие-нибудь новые факты по убийству Закаридиса?

— Ничего. Родственники приехали из Салоников, забрали тело, похоронили уже, наверное. Самое странное, что начальство давит.

— В каком смысле?

— Шеф пригласил два дня назад и мягко, но настойчиво попросил представить дело, как самоубийство.

— И что ты? – Иса устал и с большими усилиями фокусировал внимание.

— А что я? Отпечатки на стакане только трупа, факт, что пил сам, добровольно. А то, что квартира вверх дном, так свидетели показывают, что накануне завалился в стельку пьяным и мог сам себе комнаты разворотить, – Алексис пристально глянул на приятеля. – О ты лучше засыпай, я завтра приду.