Онлайн книга «Потерянная страна Лагом»
|
Глава 5 Инспектор Вахтанг Сихарулидзе служил в пограничном наряде пятый год, и ни разу за этот период он не видел такого скопления людей и транспорта. Обычно на пересечение границы между Россией и Грузией требовалось не больше часа, но в последние месяцы творилось что-то невообразимое. Поток автомобилей с российской стороны не прекращался. Желающие попасть на грузинскую территорию простаивали на границе по шесть – семь часов. А в последнее время автомобильная пробка со стороны Верхнего Ларса растянулась на несколько километров, и время простоя увеличилось до трёх суток. Поток шевелился, кричал, толкался, медленно вытекая с пограничного контроля на мопедах, велосипедах, автомобилях и грузовых машинах, словно из бутылочного горлышка. Водители лепились друг к другу, не давая наглецам втиснуться в возможные просветы. А таких находилось немало. Кто-то торопился на похороны, кто-то почти умирал за рулём, у кого-то портилась продукция в фуре. Те, кому не повезло обзавестись хоть какой-то движущей силой кроме своих ног, пристраивались в авто, где имелись пустые места. Местные дельцы, чуя наживу, прытко встроились в конъюнктуру рынка, быстро наладили бизнес и, не стесняясь, взялись продавать места в очереди по сорок тысяч рублей. Что до инспектора Сахарулидзе, то он бы пропускал всех и конных, и пеших в убыстренном режиме, лишь бы люди сутками не маялись под открытым небом. Однако по давно существующим правилам пересекать границу пешком запрещалось категорически по соображениям безопасности. За годы его службы на посту ничего экстраординарного не происходило, но со слов старожилов в Дарьяльском ущелье случались селевые потоки, сход снежных лавин и другие стихийные бедствия. Да и не так-то просто одолеть своими ногами трёхкилометровый пролёт между КПП Верхний Ларс до грузинского пункта досмотра Дариали, если ещё учесть наличие багажа, узкую дорогу и два тоннеля! Зная такую ситуацию, жители Владикавказа и близлежащих посёлков из приграничных районов с удовольствием предлагали свои велосипеды и самокаты за нереальные цены. Однако даже ржавое старьё на колёсах скупали желающие, которые стремились попасть на сторону Грузии. После пограничного контроля, добравшись до первого автобуса, путешественники бросали на обочинах ненужные средства передвижения и двигались вглубь страны. В основном стремились попасть в Тбилиси. Практически никто не знал, где будет жить, чем станет заниматься, как станет искать работу и найдёт ли вообще. После прокатившейся по стране призывной волны молодые парни и мужики, бросив насиженные места, удобные кресла и привычную жизнь широким потоком двинулись в неизвестность. Они не хотели воевать. На Дарьяльское ущелье надвигалась гроза, и сверху пришло распоряжение приостановить пропуск автомобилей. Вахтанг уже радовался вынужденному перерыву. Инспектор находился на ногах вторые сутки и очень устал. У коллеги рожала жена, и он просил задержаться на несколько часов на смене, а на сколько, не уточнил. Появление детей предугадать точно до минуты невозможно! Сихарулидзе поглядывал то на часы, то в сторону парковки, ожидая, когда появится сменщик. Он считал минуты до того, как сядет в свой автомобиль и отправится домой. А там мать, наверное, уже приготовила хачапури и заварила чай. Его дом, а точнее дом родителей находился совсем рядом в посёлке Степанцминда, до которого рукой подать, ровной дорогой на машине около десяти минут, так что уснуть по дороге за рулём не успеет. Местные называли посёлок по старинке – Казбеги. Приезжие, очумев от прекрасных горных пейзажей, для себя определяли, что населённый пункт называется в честь горной вершины Казбек. Только восхитительный вид на гору Казбек, вершина которой парила в облаках, к названию посёлка отношения не имела. Раньше поселение «Казбеги» называлось в честь грузинского писателя Александра Казбеги, который родился в этих местах. Инспектор Сихарулидзе про писателя знал, а почему посёлок сменил имя, его не интересовало. Вахтангу исполнилось тридцать пять лет. Родители корили и поторапливали с решительным шагом, потому что давно мечтали о внуках, а Сихарулидзе трагически вздыхал про себя: ну где он найдёт девушку в этой глуши, население посёлка еле натягивает четыре тысяч человек! За невестой в Тбилиси надо ехать, а с такой работой вообще бобылём состариться! Он заглядывался на коллегу девушку статную, красивую – с волосами, как воронье крыло и глазами, как чёрный жемчуг. Однако Сихарулидзе никак не мог заставить себя заговорить с ней о личном и пригласить на свидание. Он не решался просто обратить на себя внимание, чтобы сослуживица увидела в нём не только коллегу! Это лишь в байках народных говорят, что грузины народ горячий, любвеобильный и скорый на решительные шаги. И среди жгучих горцев есть застенчивые и стеснительные. Вахтанг зашёл в кабинет, потянулся, потёр шею и смачно зевнул. Уютным видом манил диван. Сихарулидзе тряхнул головой, отгоняя сладкий оазис в виде дивана с подушками. Для начала надо уточнить у начальства о временном закрытии пропускного пункта. Он сделал несколько звонков и, покрутив головой в разные стороны, резко присел несколько раз. Перерыв отменялся, гроза прошла стороной, Дарьяльское ущелье в безопасности, а значит, служба продолжается в прежнем режиме. В кабинет заглянула коллега – красивая стройная девушка по имени Нино. Именно она имела смоляные локоны и глаза костра, горящего в ночи. Она, не перешагивая порог, махнула рукой: |