Книга Потерянная страна Лагом. Книга вторая, страница 30 – Татьяна Нильсен

— Анатолий Михайлович мой свёкор нанял какого-то, я с ним встречалась. Солидный мужчина в дорогом костюме. Больше мне о нём сказать нечего! Понимаете, он строит линию защиты на смягчающих обстоятельствах. Мол, выпили, постепенно попойка переросла в спор и следом дошло до поножовщины.

— И почему вас не устраивает линия защиты? Если адвокат толковый и юркий он может повернуть ситуацию в другую сторону. Из убийцы Пётр может превратиться в вынужденного убийцу. Грамотный юрист, например, может привести доводы и доказать, что ваш муж защищался и превысил пределы самообороны. Статья 108, 114 Уголовного кодекса Российской Федерации. Превышение мер необходимой защиты это ситуация совсем неоднозначная. По факту убийства дело возбуждается автоматически. Если адвокат докажет, что Пётр защищал собственную жизнь, тогда можно вести речь об условном сроке.

— Из разговора со следователем выяснилось, что в закрытой квартире на кухне вечером пили мужики. Соседи слышали громкие мужские голоса до поздней ночи. Утром пришла хозяйка за оплатой, у которой убитый снимал жильё. Она сначала позвонила, потом открыла дверь своим ключом. Сначала она подумала, что оба мужика в драбадан пьяные. Потом увидела, что один весь в крови и не подаёт признаков жизни. Собутыльники сидели напротив друг друга, склонив головы за обеденным столом, который был заставлен пустыми бутылками из-под водки. Женщина сразу вызвала скорую помощь и наряд полиции.

— Да, незавидное положение у Пивоварова. Нужно исхитриться, чтобы помочь ему выбраться из этой передряги!

— Поэтому я и позвонила Светлане. В ней есть какая-то чуйка.

— А во мне нет? – следователь улыбнулся. Его не обидели слова Марии. Он и сам думал об Антипенко в таком ключе.

— Вам мешает опыт, – Мария виновато улыбнулась. – Вы сразу ставите клеймо. А Антипенко имеет незашоренный взгляд на факты и ситуации, много фантазирует и свободна от клише.

— Ваша уверенность в невиновности мужа основана лишь на чувствах и эмоциях или вам известно что-то больше?

— Я встречалась с Петром в следственном изоляторе только два раза. В первый раз мы увиделись сразу после того, как его задержали. Петя находился в шоковом состоянии, а ещё и болел с похмелья. Второй раз я его навещала, после того, как он попытался свести счёты с жизнью. Вот тогда его сознание было ясным, а речь внятной. Из недомолвок и намёков стало понятно, что самоубийство спланировали сокамерники. Они организовали липовое покушение на жизнь. На самом деле Петю даже не посещали мысли о суициде. Ему показывали, что может случиться, если он не признается в убийстве. Преступное сообщество может легко расправиться с ним, а потом выдать за самоубийство.

— Вы хотите сказать, что кто-то подвесил Петра, потом, дождавшись, когда он потеряет сознание, снимет его с петли и вызовет охрану?

— Думаю, так и было.

— Но зачем?

— Я не знаю! – Мария покачала головой. – Я много думала над этим. Вам лучше поговорить со следователем Ведерниковым. И ещё два сомнительных штриха: хозяйка, которая обнаружила труп, сказала, что Пётр сидел за столом без протезов.

— То есть он снял стопы?

— На ночь он даёт ногам отдохнуть. Ещё не совсем привык к протезам. А без них он не может передвигаться!

— Здесь сложно что-то предполагать. Пётр мог снять протезы когда угодно и так же зафиксировать снова.