Книга Стадное одиночество, страница 23 – Татьяна Нильсен

— Я не знаю, как в твоей стране заведено, но в Швеции – так: мы вместе сели за стол, должны вместе и встать. Мы уважительно относимся к каждому члену семьи – и к пожилым, и к малышам. Это – нормальная традиция в семье.

Сначала Волошинская взбрыкнула и закатила глаза к потолку, (а с кого бы дочь взяла пример?) но в какой то момент поняла, что это очень замечательная традиция. Такая же прекрасная, как брать друг друга за руки на прогулке, проходить из распахнутых дверей впереди мужчины, получать цветы по поводу и без, делать друг другу маленькие подарки и хвалить приготовленную еду. Кристофер любил кашеварить и умел. Только один недостаток имели его блюда – повар слишком увлекался специями. Фру Олафссон ела и нахваливала супы, хотя терпеть не могла сельдерей, который муж в обязательном порядке добавлял в жидкое варево. Однажды в пылу какой то незначительной ссоры она выпалила, что терпеть не может переизбыток специй, наличие уксуса во всех салатах, а сельдерей не переносит на дух! С тех пор разногласия по кулинарному вопросу закрылись автоматически. Оба члена семьи поняли, что для улучшения погоды в доме лучше не замалчивать проблемы, а говорить о них и, желательно, не повышая голоса.

Василиса пила не очень хороший, не очень крепкий кофе, кидала взгляд на прохожих за окном и листала новостную ленту в телефоне. Неожиданно она остановила палец и нажала на экран, чтобы развернуть заметку. Одна фамилия ей показалась смутно знакомой. Лиса внимательно пробежала глазами по тексту. Автор заметки ссылался на достоверные источники. Какой то представитель из правоохранительных органов, который пожелал остаться неизвестным, сообщил, что сегодня рано утром случайный прохожий обнаружил труп Хельмута Россманна на окраине города Москвы. Тело гражданина Германии заметил мужчина, который рано утром отправился в перелесок по грибы. Следствие разбирается в причинах смерти. Известно на данный момент то, что Россманн прибыл в столицу России по вопросам бизнеса. Шестидесятилетний бизнесмен пытался наладить коридор по продаже комплектующих для IT оборудования в обход санкций. В том, что послужило причиной смерти, разбирается группа из Следственного комитета.»

Олафссон прищурила глаза и закусила нижнюю губу.

«Нет! Это не может быть именно тот Россманн. Да, Хельмуту тоже сейчас шестьдесят два года, но тот занимался политикой, был членом социал-демократической партии Германии и в будущем видел себя в лидерах партии SPD, а этот всего лишь торгаш, да ещё и с подмоченной репутацией! Сейчас ни одна захолустная европейская контора, ни один коммивояжёр не станет напрямую налаживать торговлю непосредственно в России. Толковый и ушлый будет действовать через третьи страны, чтобы обойти санкции! – Василиса глотнула холодный кофе, не замечая вкуса. – Нет, это не тот Хельмут, которого я когда то знала. И в Германии Россманнов, как собак! Даже распространённая в Европе сеть немецких магазинов по продаже бытовой химии и косметики носит название «Россманн». Это, конечно же, другой человек, которого я не знаю!»

Олафссон задумалась. Она не ожидала, что воспоминания настигнут её настолько неожиданно, разворачивая в памяти очень ясные картины прошлого. Она даже не представляла, что в голове сохранятся мельчайшие подробности истории, которая давно осталась в прошлом.