Книга Гробовщик для царя, страница 32 – Татьяна Нильсен

— Переводчица?

— А ты для себя твёрдо тешил, что содержанка?

— Смотрю, толмачи не слабо зарабатывают! Элитный дом не хухры-мухры!

— По-всякому случается, – устало скривилась Лиза и пренебрежительно махнула рукой. Ещё не хватало пускаться в объяснения, с мало знакомым мужиком.

— Может, перейдём на вы госпожа Заболоцкая? – на лице хозяина квартиры снова мелькнула усмешка.

— А смысл?

— Ну, да! – Кирилл легко кивнул.

Блондинка с немым вопросом наблюдала за диалогом, переводя взгляд от одного к другому, словно эта пара играла в пин-понг.

Войдя в свою квартиру, она удивилась тишине.

— Александра, Саша, Великая! – женщина скинула кроссовки, снова прислушалась к единственному тиканью напольных часов, прошла на кухню и сгрузила на стол пакеты. – Надо думать, кого приглашаешь в дом! – укорила сама себя Лиза. Она даже не сомневалась, что новая подруга уже испарилась, прихватив драгоценности. Каково же было удивление, когда в гостиной в одном банном халате, без простыней, одеяла и подушки, прямо на кожаном диване, изо всех возможных отверстий пускала пузыри бомжиха. Разомлев от тепла и уюта, она крепко спала.

Елизавета остановилась в дверях, размышляя, будить гостью на ужин или нет, потом вернулась на кухню, не разбирая пакеты, налила стакан молока и открыла коробку со сдобными булками, которые до этого в целях сохранения фигуры, себе никогда не позволяла.

«Такой стресс надо заедать только булками, – размышляла Елизавета, жадно откусывая куски ароматной сдобы. – А подруга за завтраком наверстает, она к голоду привычная! Ишь разморило от комфорта, конечно, после улицы сразу попасть в элитные апартаменты! Храпит, аж пузыри отлетают!».

Заболоцкая ещё планировала проверить перевод, но после еды ноги понесли прямиков в спальню, где сопел Мурзик. Проваливаясь в сон, она сверстала план на следующий день:

«Завтра пятница, первым делом на службу, сдам перевод, если ещё шеф не уволил. Да не уволит, – успокоила свои путающиеся мысли Лиза. – Такого переводчика ещё найти надо!»

Она провалилась в бездну без лёгких сновидений и тяжёлых кошмаров.

В последнее время Соловьёвскому стало душно в своём доме. Алексея перестали интересовать проблемы детей, жена не волновала и не влекла, да и на службе, кажется, достиг потолка – в кабинете на стеклянной полке расположился целый ряд со статуэтками «Тэфи». Бесконечные политические ток шоу с одними и теми же участниками обрыдли до безобразия, потому что темы муссировались из передачи в передачу без изменений. Попробуй, пригласи какое-нибудь свежее лицо, так это лицо норовит превратиться в морду, в эфире такого набуробит, что туши свет или охрану вызывай. Так случалось несколько раз, гнал участников со скандалом из студии, а зрителю нравилось, аплодировали до усыку, рейтинг взлетал, но начальство грозило пальчиком, мол, сиди тихой сапой, покрикивай, критикуй, даже крепкое словцо вставь, только давай без потрясений! Передача шла с завидным постоянством, но как-то тухло, без изюма, поэтому согласился дополнительно на роль эксперта в шоу, которое препарировало общество. Вот тут было, где разгуляться – такие маргиналы попадались, загляденье! Сын насиловал сестру, отца, да всех соседей, мать с рождения держала дочь на цепи, пластические хирурги в домашних условиях не только кроили морды и выкачивали жир с живота, да ещё абортами промышляли! Алексей после каждой такой истории шёл в фитнесс центр, чтобы умотать свою мускулатуру в хлам, потом в душе мочалкой докрасна оттирал ту грязь, которая налипла во время передачи. Со стороны казалось, что его жизнь удалась – востребованный, популярный ведущий, каждая собака поздороваться норовит, обеды только в фешенебельных ресторанах, отпуска на лучших курортах, дом на Лазурном берегу и всё же какой-то неведомый сплин заполз под рёбра и обосновался. Соловьёвский не находил объяснения таким переменам, хотя и не особенно искал, не хотел быть сам для себя психоаналитиком. А то, что проблемы возникли на эфемерном уровне психиатрии, для него являлось очевидностью. Именно сегодня, стоя под душем, до него неожиданно дошла истинная причина душевного недуга: он достиг всего, чего хотел! Ему больше нечего желать! И уж, конечно, не того, что предлагал руководитель канала Синявский! Он смыл с тела пену, вышел из кабины, укутался в полотенце и внимательно посмотрел на себя в зеркало. Кожа на лице обвисла и потеряла здоровый цвет. Это от того, что мало времени проводит на свежем воздухе – работа в студии забирает почти всё время. У него в штате числилось несколько ассистентов, которые без проблем выполнили бы любую просьбу, а уж тем более задание, но хотелось под любым предлогом вырваться из душного дома. То, что произошло с Федотом, по большому счёту его не волновало. Телохранитель-шофёр сам выбрал такую работу, его специально учили закрывать и защищать вверенное тело. Журналист мало с кем вступал в дружеские отношения, близкими друзьями мог назвать всего пару человек, а уж охранника – шофёра держал на расстоянии. Алексей уставал от бесконечной болтовни в эфире, поэтому в поездках и передвижениях старался отключать мозг и язык. Да и о чём вести беседы с кучером, не о ценах же на сахар и бензин, не про футбол, не про теннисный кубок Ролан Гаррос!