Книга Гробовщик для царя, страница 37 – Татьяна Нильсен

— Вы слышали выстрел?

— Нет. Паника началась после того, как Федот рухнул на крыльцо.

— У вас есть представление, кого именно хотели убить?

— Я думал над этим, – Алексей потёр шершавую щёку. Он понимал, что придётся юлить, но раскрывать суть ресторанной беседы с руководителем канала нельзя никак! – Мой вывод один – покушались именно на Федота.

— Что вы знаете о Федоте Северянине? – следователь резко сменил вектор разговора. – Давно он работает с вами?

— Федот обслуживает меня второй год. Служба безопасности канала нанимает охранников и водителей в каком-то охранном агентстве, соответственно и зарплату он получает через бухгалтерию. Насколько я осведомлён, Федот одинок, родственников и семьи нет. Поэтому пришлось приехать лично, чтобы поддержать в тяжёлые минуты, парень нуждается в этом. Скажу честно, я частенько поощрял его материально за добросовестный труд.

— Мы навели справки и выяснили, что у Северянина есть семья, жена и маленькая дочь проживают в Долгопрудном. Он скрыл сей факт при устройстве на работу, потому что в такие агентства с большой неохотой берут охранников, обременённых пожилыми родителями или маленькими детьми. В случае травмы или хуже того, смерти, приходится оплачивать огромную компенсацию, а следом и пожизненную пенсию для родителей или для детей до совершеннолетия, – Павел развёл руками. – Этот факт к делу не имеет никакого отношения, просто к сведению. На данный момент в палате дежурит его жена.

— Да, кстати, а охрана полиции предусмотрена? Если хотели убить именно его, то убийца попытается довести дело до конца.

— Охрана в больнице есть, – расплывчато ответил Павел, – но не думаю, чтобы снайпер караулил именно его. Слишком много мороки и затрат для простого водителя. Если бы хотели расправиться с Федотом, то просто встретили в тёмном дворе, кирпичом по темечку и дело в шляпе! – Краснопёров остановил взгляд на переносице телеведущего. – А вы не боитесь за свою жизнь? Обмундирование на вас говорит о том, что вы приехали на байке и значит без охраны.

— Я давно занимаюсь журналистикой и журналистикой, как бы это сказать, на острие, поэтому считаю, что если кто-то намеревался расправиться со мной, то обязательно воплотил свою идею в жизнь. В охране не вижу никакого смысла, потому что устранить можно любую, даже очень охраняемую персону. Вопрос только в цене.

«Не раскрывать же все карты перед полицейским, – мелькнуло в голове телевизионщика, – люди Синявского этим выстрелом только предупредили! Вот если со следователем поделиться подозрениями, тогда жизнь не будет стоить и понюшки табаку»!

— А как насчёт руководителя канала Синявского? – следователь заглянул в записную книжку, которую держал в руках. – В протоколах опроса зафиксировано, что Игорь Исламович просто в панике и утверждает, что покушение совершено именно на его персону.

— Он может заявлять всё, что угодно, тем более, если человек очень напуган, то в состоянии наговорить много и всякой всячины, – Соловьёвский отвалился от стола и вытянул ноги, приготовившись к долгим рассуждениям. – Кстати, откуда был произведён выстрел?

— Я бы не хотел обнародовать некоторые моменты, связанные с расследованием, но для вас приоткрою кое-какие подробности, которые вы должны знать. Стреляли из дома напротив, в одном из подъездов находятся только офисы, охраны нет, только кодовый замок, который может открыть любой дурак: три цифры затёрты основательно, как вы понимаете, комбинацию из трёх цифр подобрать проще простого. В это время рабочий день закончился и почти все кабинеты пустовали. На первом этаже, правда, ещё находились служащие инетрент-магазина, но они ничего не заметили. Видеокамер над подъездом нет, – Краснопёров тормознул свою речь, опасаясь сболтнуть что-нибудь лишнее. – Так поделитесь вашими наблюдениями?