Книга Гробовщик для царя, страница 52 – Татьяна Нильсен

В свои сорок лет с маленьким хвостиком Кирилл Серебряков многое повидал, так же много испытал, пару раз был неудачно женат и оба раз благополучно разведён. Ничего удивительного, при его внешности, стати, силе и уме – мог бы связывать себя узами брака хоть каждую неделю, благо законодательство не позволяет пускаться во все семейные тяжкие. Кирилл наделил такими эпитетами о собственной неотразимости себя сам, и это являлось не констатацией факта, не самолюбованием Нарцисса, а сарказмом и насмешкой. К себе он относился критически, не причислял к интеллектуалам – иначе бы был Анатолием Вассерманом, не к красавчикам – иначе бы родился у матери Бреда Питта, не к атлетам – иначе покупал бы костюмы размера Николая Валуева. Да и, слава богу! Походить на мешок, обвешанный карманами, совсем не хотелось! Америку он тоже недолюбливал! А уж носить лицо, не обезображенное интеллектом, вообще вообразить страшно! Несмотря на то, что это лицо, мелькающее на экране, трижды депутатское и носящее чемпионский титул Паназиатской боксёрской ассоциации в тяжёлом весе!

Он считал себя среднестатистическим человеком – работа, дом. Хотя случались перипетии – вспоминать весело, грустно, иногда страшно! Он сменил несколько дел, мест работы, пока не обзавёлся собственным небольшим, даже можно сказать весьма скромным бизнесом. Однако, несмотря на скромность и тень, дело приносило неплохой доход.

Женился Кирилл всегда по любви! Не по залёту, не по пьянке, а именно при наличии высоких отношений. Он никак не понимал, почему после заключения брака Царевна превращается в скаредную лягушку, но ответа не искал, после неудачных браков выбрал отныне свободную лёгкость в отношении с женщинами. Предпочитал, конечно, с длинными ногами, волосами цвета платины блонд и не отягощённую большим умом. С такими легче расставаться. Сначала они покладисты и улыбчивы. Довольствуются ресторанами и цветами, впоследствии у дам аппетиты растут, начинаются мелкие, почти незаметные капризы, но и тут девочки держат марку, а скорее маску, они милы и ласковы, как кошки. Девушки не просят оставить у себя – ведь работа, мамаша может в любой момент появиться, но снять квартиру для свиданий, в которой она бы его встречала в кружевном пеньюаре или расшитом, шёлковом китайском халате, просто необходимо! Иначе, что это за романтические отношения! И на такие условия соглашался Серебряков, пока речь не заходила об автомобиле, драгоценностях или хуже того о женитьбе! Окончательно глаза открылись в тот момент, когда Кирилл в компании с приятелем решили покататься на горных лыжах по трассам престижного французского курорта Куршевель. Оба о горных лыжах имели смутное представление, но после посиделки, где изрядно набрались, решили, а почему бы и нет!? Много слышали об элитном месте, настало время посмотреть, попробовать, так сказать, на вкус! Недолго размышляя, приобрели билеты до Женевы, а там до райского места рукой подать хоть на автобусе, хоть на поезде. На другой день, уже находясь в салоне самолёта, оба в тайне друг от друга уже сожалели об опрометчивом путешествии, но турбины уже взревели, готовясь к взлёту. Ещё при посадке Кирилл обратил внимание на необычное скопление красивых, хорошо одетых, молодых барышень. Они все чем-то походили друг на друга. Одинаковые губы, брови, волосы и…взгляд! Потом на склонах, в ресторанах, в барах и магазинах эти дамы попадались на глаза. Вот тогда до Серебрякова дошло, что это не барышни, это тёлки в поисках тугого кошелька. А где ты встретишь такую концентрацию богатых, сорящих деньгами мужчин, как не престижном курорте! Рассупоненные, расслабленные бизнесмены, функционеры и политики, отдыхая от трудов праведных, тоже искали возможность расслабиться душой и телом. Шампанское «Дом Периньон» лилось рекой, официанты сновали, поднося устрицы, мидии, фуа-гра и сыры неземного вкуса, а рядом обязательно дамы, которым повезло втиснуться в компанию тех, кто облачался в пиджаки «Хуго босс» и «Бриони». И зачастую, лыжи, склоны и подъёмники к такому отдыху не имели никакого отношения! С тех пор Серебряков знал истинную цену связей такого рода. Расставался Кирилл железно, без всяких там: уезжаю в длительную командировку в Африку, хотя случалось и такое или возвращается жена с нежданным-негаданным дитём, или бывшая жена слегла с тяжёлым недугом, нужен постоянный уход и внимание, или ещё какая-нибудь ерунда. Он не играл, не жонглировал интонациями, не показывал драму, а расставался, применяя такие голосовые ноты, что у подруги не возникало больше желания канючить продолжения отношений. Мухлевать и юлить Кирилл считал ниже своего достоинства.