Книга Последний день года, страница 46 – Лена Обухова

Она посмотрела на себя и пожала плечами.

— Моя обувь осталась на террасе, а тут ведь совсем близко. Я решила, что так добегу туда-обратно, вот и не стала заходить в гардеробную.

— Что вы увидели, когда вошли?

Ее взгляд затуманился, словно она глубоко погрузилась в воспоминания и уже не видела перед собой гостиную, а только комнату отдыха в бане.

— Марка. Нож. Кровь.

— Вы подходили к телу?

— Конечно, — она развернула ладони, демонстрируя на них остатки подсохшей крови, которую не удалось стереть салфеткой. — Я хотела помочь… Думала, может, он жив, только ранен…

— Как долго вы находились в бане?

В ее глазах снова блеснули слезы, подбородок и губы дрогнули, как у человека, готового расплакаться. Вероника пожала плечами и едва слышно шепнула:

— Не знаю. Время словно остановилось… Я не знаю даже, который сейчас час…

— Ясно. Тогда последний вопрос: вы знаете, какой код Марк мог поставить на сейф? Может, у него было какое-то любимое сочетание? Или вы знаете его пин-код от смартфона, банковского приложения, карты?

Она вновь растерянно пожала плечами.

— На смартфоне Марк использует отпечаток пальца. А его банковские пин-коды мне неизвестны. Он держит меня на расстоянии от финансов… В смысле, держал…

— Хорошо, спасибо, что уделили мне время. Теперь можете идти к себе.

— А можно мне остаться здесь?

Морозов понимал ее нежелание идти в спальню, где находились вещи Марка, где они вместе ночевали, но ему пришлось настоять:

— Лучше вам пойти в свою комнату.

Вероника обреченно кивнула, встала и слегка пошатнулась, как будто ноги плохо ее держали. Морозов вскочил, подставил руку, давая ей точку опоры, и придержал за плечи.

— Вас проводить?

— Я справлюсь, — заверила она, улыбнувшись дрожащими губами. — Спасибо.

Уже почти дойдя до выхода из комнаты, она вдруг замерла и обернулась, неуверенно посмотрев на него.

— Я не знаю, имеет ли это значение…

— Все имеет значение, — заверил ее Морозов, когда она осеклась. — Что вы вспомнили?

— Перед тем как Марк вошел в комнату… Ну, после обеда, когда собирался в баню… Так вот, дверь была приоткрыта, поэтому я услышала его голос прежде, чем появился он сам. Марк сказал кому-то: «Видео? А что видео? Это видео ничего не доказывает!»

— Кому он это сказал?

— Не знаю… Я не слышала другого голоса. Второй человек, видимо, говорил гораздо тише. Или вообще ничего не стал на это отвечать.

— О каком видео могла идти речь, знаете?

Вероника покачала головой. А потом горько усмехнулась.

— Честно говоря, я подумала, что речь идет об одной из его измен. Может, кто-то снял его с другой женщиной и грозил показать мне? Хотя… Что бы я сделала?

Ее последний вопрос так и повис в воздухе. Она повернулась и вышла из комнаты, а Морозов задумчиво обернулся к окну и двери, ведущей на террасу. Рассказ Вероники заставил его захотеть немедленно вернуться на место преступления, чтобы еще раз все как следует там осмотреть.

Прежде он зашел на кухню в поисках одной важной вещи. Нашел ее почти сразу: коробка тонких латексных перчаток, которую Олеся достала, чтобы Женя могла продолжить готовить даже с порезом, стояла на кухонном шкафчике рядом с холодильником. Он вытащил из нее пару перчаток, которые ничем не отличались от тех, в которых обычно проводился осмотр места преступления.