Книга Последний день года, страница 83 – Лена Обухова

— Так уверенно обо всем говоришь, как будто наверняка знаешь, — хмыкнула Даша, на этот раз ничуть не смутившись. — Потому что сам так сделал, да? У тебя-то мотив убедительнее моего. То, что я якобы подкатывала к Марку, лишь фантазия Олеси, а вот тебе эти двое реально рога наставляли уже пару месяцев как минимум!

Григорий моментально насупился и буркнул:

— Уж я-то никак не мог представиться новой пассией Валерки и обратиться за помощью к его соседу!

— Зато ты мог договориться с самим Валеркой, — неожиданно заметил Павел, настороженно хмурясь. — В смысле, чтобы он позвал всех сюда, а сам в последний момент свалил, обеспечив себе алиби.

— И с чего бы он стал мне помогать? — удивился Григорий.

— У тебя есть деньги, а у него сплошные долги. И тяжелый диагноз, который требует хотя бы облегчения последних месяцев жизни. Полагаю, о морали в такой момент человек уже не особо задумывается, только о том, через что ему предстоит пройти.

— И что же, я обеспечил алиби ему, а о своем алиби не позаботился? — фыркнул Григорий раздраженно. — Нелогично как-то, тебе не кажется? Понятное ведь дело, что подумают в первую очередь на меня, а во вторую…

Он осекся и посмотрел на Веронику, все это время молчавшую. Что-то в его взгляде вдруг переменилось: удивление сменилось растерянностью, а потом — чем-то вроде восхищения.

— Это ты, не так ли? Все, что я сказал, устроила не Дарья, а ты! Может, конечно, Валеру ты и не убила, а просто подкупила, как сказал Пашка, чтобы он свалил, ведь ты теперь наследница Марка, состоятельная женщина! И тебе-то как раз о своем алиби думать было не нужно, потому что есть я! На меня подумают в первую очередь. Всем ведь известно, что Марк изменял тебе всегда, а Женька мне — никогда. Так кто из нас с большей вероятностью слетел бы с катушек, когда все выяснилось? Конечно, я. И Женьку ты убила, чтобы от себя подозрения отвести. Мол, чего тебе мараться еще и об последнюю любовницу, если их были десятки! А все, чтобы меня подставить!

— Да перестань, — только и смогла ответить на это Вероника. — Я никогда не смогла бы убить Марка! И тем более Женю…

— Вообще-то, убийство Марка женщине было бы очень трудно совершить, — вступился за Веронику Морозов. — Ударить ножом в грудь, к тому же мужчину, — задача непростая, требует физической силы. К тому же это опасно, ведь Марк мог начать сопротивляться. Этот способ убийства больше подходит для мужчины.

Он видел, как на лице Дарьи отразилась обида. Конечно, ведь Морозов не сказал этого, когда обвинения сыпались в ее адрес. Но он просто не хотел прерывать разговор, надеясь, что кто-то выдаст себя, сказав лишнее.

— Вы недооцениваете силу женского гнева, — тихо, но очень уверенно произнесла Олеся, посмотрев на него. — Когда тебя топчут всю жизнь, рано или поздно находятся силы для одного точного удара.

— Ты сам сказал, — поддержала заклятую подругу Дарья, — бойтесь гнева терпеливых людей.

Морозов скорее почувствовал, чем увидел, как Вероника огорченно и разочарованно посмотрела на него, когда поняла, что он сказал это в ее адрес как аргумент виновности, а потому поторопился напомнить и другой свой тезис:

— А еще я сказал, что чаша терпения Вероники пока не переполнена.

— Ты можешь ошибаться, — парировала Дарья. — Ты ее от силы сутки знаешь.